Таня встаёт рано. Почему не позвонила? Нужно посмотреть в эсэмэсках.

Он предлагал помощь и выглядел очень искренним. Когда как не сейчас? К чёрту гордость.

Множествоэсэмэсок. А вот и ответ на звонок Славика.

Лина ясно расслышала запах табака и треск затянутой сигареты. Тот мужчина…

Она приложила ладонь к губам, сдерживая крик ужаса. Сбежать не удастся! Её ожидали на каждой станции. Пасли, как корову…

«Твой телефон прослушивался. Он знает о нашем разговоре». И следом ещё одна. Отчаяние единственного родного человека, что мог послать Славика на хер: «Беги!»

Сколько осталась времени? Час, три, пять, восемь? Километро-минуты до момента, как засунут в машину и вернут в клетку, выход из которой ногами вперёд.

Визитка нашлась не сразу. Лина забивала номер с одной лишь мыслью: «Успеть!»

«Егор, «когда-нибудь» наступило слишком быстро. Муж идёт за мной. Умоляю, спаси!»

Ответ пришёл буквально через минуту. «Выезжаю. Продержись час, два. Спрячьтесь. Пришлёшь адрес. Ориентируюсь на тот, что указан в такси».

Лина отодвинула штору.

В узкую щель видно всё как на ладони. Ряд машин на парковке у дома. В одной из них человек, что её выследил. Как ускользнуть и пройти мимо незамеченной?

Она набросала Тане: «Поняла!»

Осталось исполнить. А если остаться здесь и подождать максимум два часа? Из Москвы до Одинцова намного ближе, чем из её города.

Лина уговаривала себя ничего не предпринимать из страха, но он же толкал на действия.

Не отблагодарить родственницу Тани хотя бы завтраком будет свинством. Овсяная каша на троих, омлет и тосты приготовлены за пятнадцать минут. В холодильнике много продуктов. Родственники бабули жили в Германии явно не бедно.

Она заглянула в спальню хозяйки.

– Завтрак готов.

В ответ полная тишина. Будить не стала.

Лина наскоро искупалась под душем, в любой момент ожидая пробуждения сына. Синяки на руках стали желтеть, боль прошла. Она осторожно обтиралась полотенцем. Неужели не настанет для неё время коротких рукавов?

Лина легла рядом с Тёмиком. Вот он запах чистоты и невинности. Её обожаемый светлый солнышко, похожий на папу только глазами."

"Она начала потихоньку целовать шелковистые щёчки, чтоб разбудить. Нужно быть готовым, если квартиру станут брать штурмом.

Очередной раз стыдится, что приносит всем неудобства. Вся жизнь после замужества сплошной стыд и обман.

Таня не отвечала. Лина искупала и накормила Тёмку, каждую минуту ожидая стук в дверь.

Она не брала вызов от Славы и не открывала его эсэмэс, с волнением ожидая их от другого мужчины. Она вела себя тихо, не позволяя шуметь Артёму. Вдруг кто-то слушает под дверью?

– Ты где?– крик старушки ударил по ушам. Лина бросилась в комнату. Выцветшие голубые глаза смотрели в душу.

– Бежишь?

Лина заплакала, присев на табурет рядом с кроватью.