Это до какой степени нелюбви можно дойти?

– Представь, как он меня ненавидит! – я подскочила со стула, не в силах сдержать своих эмоций.

– М-м-м… возможно, это было одной из причин. Но Валичке твой бывший сказал, что ему срочно нужны деньги. Наличкой. Прикинь? Столько налички! Я за всю жизнь столько не видела! Специально с Валичкой в банк ездила, чтобы посмотреть, как пачки в банковские ячейки трамбуют, – Маринка взмахнула руками и продолжила, – как в фильмах про гангстеров.

– А зачем ему наличка, он не говорил? Твой муж не спросил его? Ведь это так неудобно. А Влад не любит неудобство, – заинтересовалась я.

– О! – подруга вновь эмоционально взмахнула руками и продолжила – твой Владичек собирается покупать дом на Новой Риге для своей любимой женщины. Она, узнав, что на продажу квартирки наложили арест, устроила Славику слезорозлив с причитаниями, что её, сироту, и её деточек оставляют без крыши над головой. И этот олень поскакал покупать «домик» для любимки!

Я хлопнула глазами, как кукла в витрине магазина в полнейшем ступоре от произошедшего.

Так. Это нужно разложить на составляющие.

То есть, он теряет практически прекрасные перспективы и выводит средства. Ради покупки недвижимости для любовницы, не дожидаясь официального раздела бизнеса?

Он с ума сошёл?

А ей настолько наплевать на него, что готова потопить, лишь бы себе оторвать кусок?

– Марин, ты Аркадию Владимировичу это уже рассказала? – спросила я.

– Нет! Ты что? Сама расскажешь! Зачем я буду портить тебе удовольствие! – усмехнулась она.

– Он меня убьёт, когда узнает! – я убрала со стола подрагивающие ледяные руки.

– Кто? Аркаша? – изумилась подруга.

– Марин! Ты не представляешь, как Влад меня ненавидит. Это что-то болезненное. Он реально считает меня своим врагом. Я его боюсь. И боюсь за Данилку, – тихо произнесла я.

– Да что он может вам сделать?! – воскликнула Марина.

– Всё, что угодно. Он способен сейчас на всё, что угодно. Ты бы видела его в аптеке. Он летел ко мне, вероятно собираясь ударить, – я помолчала, сглатывая сухим горлом, вспоминая безумные от ярости глаза. Чужие глаза на знакомом лице. Дикие.

– А в суде? Если бы там не было других людей, он бы кинулся на меня. Думаешь, он остался в зале суда, когда я упала в обморок? Ни фига! Он вылетел, чуть ли не переступая через моё бессознательное тело, – я подняла взгляд на не понимающую меня подругу.

– Может, тебе нанять охрану? – протянула она, сомневаясь.

– И надолго? Всю жизнь боятся и оглядываться? – я пожала плечами и продолжила: – Нет. Так не годится!

Мы помолчали. Маринка явно меня не понимала. Она не верила, вернее, в её реальности мужчина не может ударить женщину.

Никогда.