Послушный сын состоятельных родителей, который даже невзирая на этот статус, умудрялся регулярно получать на орехи и в своей престижной гимназии, и здесь, в округе.

И шпыняли его не за то, что Толик был слабым. Он был странным. И взгляд у него всегда был недобрым.

Если с годами он и перерос юношеский образ тощего школьника-зануды, напустив на себя важный вид делового человека, то вот взгляд как был недобрым, так и остался.

— С большим трудом, — наконец сподобилась я на ответ, рассматривая его с холодящим ощущением надвигающейся беды. — Как такое вообще могло случиться?

— Да, жизнь — штука непредсказуемая. Его отец задолжал моим родителям, а с передачей всех дел мне…

— Ясно. То есть ты теперь у руля отцовской фирмы?

Плотников кивнул.

— Поздравляю, — промямлила я.

Колени нехорошо ослабели, и мне отчаянно захотелось присесть, но и расслабляться было не лучшим, как мне казалось, сейчас вариантом.

Расслаблюсь я, когда выставлю за порог этого призрака своего прошлого.

— Благодарю. Но забот с ведением дел, честно признаться, больше, чем радостных моментов. По крайней мере, пока. Опять же, долг Громова радости не прибавляет. Эти деньги мне сейчас очень пригодились бы в расширении семейного бизнеса. Но договор есть договор. Поэтому с нетерпением жду его первой выплаты.

В бледных глазах мелькнуло что-то хищное, плотоядное.

Рептилия, а не человек.

Я невольно поёжилась.

— Так о чём это я, — спохватился гость, не позволив мне надолго отвлечься на невесёлые мысли. — Ты и Громов… вот уж где действительно сложно поверить.

Видимо, на скорое окончание визита можно было и не надеяться.

Но скажи мне кто-нибудь сегодня с утра, что я буду обсуждать своё внезапное замужество с Толей-маньяком…

— Сам ведь сказал, жизнь — штука непредсказуемая, — я с деланым безразличием пожала плечами.

— Верно. Только вы с Громовым едва терпели друг друга. Как вы…

— Толь, ну мы же взрослые люди. Разве не очевидно? В школьные годы обзываешь и за косички дёргаешь, а вырастаешь и…

Я беспомощно замолчала, довершив предложение неопределённым жестом, мол, ну ты сам всё понимаешь.

— Любовь нечаянно нагрянет, значит, — задумчиво отозвался он и как-то совершенно невежливо прошёлся по мне своим липким взглядом. — А я пару лет назад был тут проездом. Хотел заглянуть. Но почему-то был уверен, что ты здесь уже не живёшь. Да и Громова тут вроде бы не было. Он же своим бизнесом занялся, чтобы от родовых капиталов не зависеть. Будто чуял, что они давным-давно истаяли.

У меня даже дрожь от его голоса по спине пробежала. Нет, передо мной определённо был давно не забитый преследователь Толя, а хладнокровный делец, не спешивший раскрывать свои карты.

— Ну… он приезжал. Бывал здесь время от времени. Не вижу тут ничего странного.