Отчего-то почти уверенная в том, что Шамиль меня остановит, я устремляюсь к барной стойке, заказывая ещё порцию алкоголя. Пока девушка-бармен смешивает для меня коктейль, оглядываюсь через плечо, ища глазами Хозяина. Не понимая, почему он ещё не устроил мне взбучку. Я видела, что ему до чёртиков хотелось поставить меня в угол на горох.

Меня словно обухом по голове ударяет, когда вместо ожидаемой картинки я вижу Шамиля, расслабленно беседующего с подкатившей к нему незнакомкой.

Если бы бешенство можно было измерять по десятибалльной шкале, то мой уровень потянул бы на сотку.

Он стоит весь из себя такой красивый. В своём ладно сидящем на нём пиджаке, который ещё должен хранить мой запах, засунув руки в карманы брюк. А прелестная девушка прямо на моих глазах разве что не вылезает из собственного платья, лишь символически прикрывающего стратегически важные части тела. И тычет ему в нос свои внушительных размеров сиськи.

Через проходящих мимо людей наши взгляды встречаются. Его – спокойный и холодный. И мой – пылающий и яростный.

Разговаривая с ней, он смотрит на меня. К горлу подкатывают слезы, потому что я не понимаю этой жестокой насмешки судьбы. Почему именно он?

Если бы Соломон с самого начала предупредил меня о том, что Шамиль виновен в смерти отца и брата, я бы не позволила ему так глубоко проникнуть в сердце.

Как жаль, что это не ночной клуб, здесь не затеряться в толпе. Но я всё же иду на танцпол, покачиваясь на высоких каблуках, надеясь не растянуться на полу.

Мимоходом замечаю ту заботливую девушку, что пыталась мне помочь. И её мужчину. Они оба наблюдали за моим поведением, что меня крайне удивляло.

Тоже мне реалити-шоу.

На её эльфийском личике улыбка. На его – ухмылка.

Из колонок заиграла мегапопулярная танцевальная новинка. И я не могла даже припомнить, когда в свои восемнадцать лет была на дискотеке. Между погонями за матерью и поиском убийцы отца.

Отпустила все мысли, все страхи. Позволяя музыке и телу увести меня за собой. Мечтая когда-нибудь расплатиться по счетам с тем, кто разрушил мою жизнь. Уничтожил мою семью. Чего бы мне это ни стоило.

Не знаю, как выглядели мои пьяные движения со стороны. Боль пронзала кости и мышцы, танцевала со мной, утоляла жажду ледяным мохито. И циркулировала по жилам вместе с кровью. Она буквально лучилась из моей кожи. Выжигала меня, преобразуясь в движения.

– Эй, красавица, потанцуй со мной, – выдыхает кто-то мне в лицо, обдавая зловонным ароматом застарелого пота, привлекая к себе, касаясь моей кожи влажными ладонями.

Почему-то такого поворота я не ожидала на светской вечеринке, хотя, должно быть, нарушила все правила и угробила репутацию своему кавалеру собственным поведением.