Он ещё не входил, лишь расслаблял. Время от времени возвращаясь к ягодицам. Поглаживая их. Сжимая. Двигала задом. Хотелось ещё. Его.

– Шамиль, пожалуйста. Мне плохо, – хнычу.

Подо мной уже потоп. И я готова умолять его взять меня любым способом. Только прекратить пытку.

– Приподними задницу, – приказывает. По сдавленному голосу догадываюсь, что он сам на грани.

Помогает принять мне коленно-локтевую позу. Щекой утыкаюсь в постель, высоко задрав попу, раскрытую перед Хозяином.

Входит во влагалище, выбивая из меня протяжный стон. Мечты сбываются. Я тянусь к нему, когда он покидает меня. Но следом приходит очередная фрикция.

Он не занимается со мной любовью. Он трахает. Ебёт. И уйма других эпитетов, рядом не стоящих со словом «невеста» или «любимая». Имеет меня. Проверяет грани, которые я готова ради него пересечь.

И я осознаю, что способна на многое. Потому что в какой-то момент привычная мне мораль теряет значение. И единственное, о чем я желаю здесь и сейчас, – быть его. Самкой, любовницей, женой, партнёром. Кем угодно. Но с ним.

Глава 34

Плыла во влажном, густом омуте удовольствия. Грешного. Грязного.

Слышала дыхание Шамиля, переплетающееся с моими стонами и мольбами. В комнате повис ни на что не похожий запах секса. Горячих тел, пота, выделений. Такой густой, что его можно ложкой собирать.

Ощущений в теле было так много, и они казались настолько насыщенными, необычными, что я не сразу осознала, что обе мои дырочки заняты. Пока во влагалище двигался член, ловкие пальцы заполняли задний проход. Сначала один. Затем второй.

Хотелось вновь оказать сопротивление. Попросить не делать этого.

Стыд не отпускал. Не представляла, как после подобного соития буду смотреть ему в глаза.

Но с каждым толчком мысли и разумные доводы расщеплялись. Распадались на атомы и улетали от меня. Открывала рот с целью возразить. А с губ срывался очередной стон, куда больше похожий на мольбу не останавливаться.

К собственному удивлению, от осознания запретности возбуждение лишь взвинтилось на новую высоту. Трение члена и скольжение пальцев оказались невероятно приятными. Ощущение наполненности, давления, распирания доставляло острое, болезненное удовольствие. Тело мелко трясло. В голове шумело. А стоило поднять веки, как я начинала понимать словосочетание «небо в алмазах», потому что перед глазами мелькали звёздочки.

Моё возбуждение так обильно текло по бёдрам, что Шамилю уже не нужен был лубрикант.

Как только я добиралась до пика, когда, казалось, осталось совсем чуть-чуть, Шамиль замедлялся, намеренно мучая. Не позволяя кончить.

Но ведь я могу помочь себе сама. Опустила руку к промежности, успела почти дотронуться до ноющей горошинки, как мою руку вернули обратно, впечатывая в матрас.