Я осталась совсем одна. Мне нужно было за что-то зацепиться, даже чтобы просто жить. И этой причиной для меня стал ты. Тот, кто заказал отца. По чьей вине умер брат.

– Василиса, – произносит моё имя с новой интонацией. Горькой. Какой-то болезненной. – Я не хотел, чтобы кто-то из вас двоих пострадал.

Пожимаю плечами.

– Ты знаешь, что это я могла получить ту пулю, что попала в брата?

Смотрит на меня секунду. И будто в это мгновение воображение против воли подкидывает ему иную реальность. В которой меня не существует.

– Знаю. Если бы она попала в тебя, то и я бы так и остался мёртвым, – обхватывает моё лицо широкими ладонями, поднимая к себе. Снова ощущаю горячие слёзы. – Та пуля – случайность. Она предназначалась только вашему отцу. И смерть твоего брата навсегда останется на моей совести. Но я уже не могу ничего исправить.

Шамиль смотрит прямо. Будто хочет, чтобы я ответы на все свои вопросы прочитала в нём. Больше того, что он может выразить словами. И я читаю.

Там боль. И когда я вижу эту боль, мне вдруг становится легче. Это моя боль. Словно кто-то вытянул её из меня и забрал себе. Не знала, что чувствами можно делиться. Отдавать и принимать.

В его взгляде такое напряжение, что я ощущаю, как кожу начинает покалывать. На секунду мне кажется, что он боится. Боится, что я сейчас уйду. По-настоящему. Потому что не смогу с этим жить. Не смогу простить.

– Шамиль, – произношу его имя, сжимая его кисть пальцами. Мне хочется продолжить, сказать, что я его люблю. Но он не позволяет. Накрывает мой рот своим, словно я могу ляпнуть какую-то глупость. Например, что между нами всё кончено.

Глава 33

И тут же задыхаюсь от его горячего напора. От того, как моё естество стремится к нему. Слиться с ним. Быть с ним. Быть его.

Язык скользит по моему. Глубоко. Чувственно. Давая насытиться собой. А мне всё мало.

Я трусь голыми, напряжёнными сосками о его рубашку. Она кажется жёсткой для ставшей гиперчувствительной плоти. И мне нравится это трение, перерастающее в боль.

Обхватываю шею руками. Обнимаю со всей силы, вжимаясь в него как можно теснее.

Шамиль обрывает поцелуй, с трудом отрываясь от меня с каким-то звериным рыком. Смотрит так, что я вижу огонь в его глазах. Впивается жёсткими пальцами в мой череп. Заставляя вернуться с небес на землю и начать думать."

"– Даже если захочешь уйти, я не отпущу тебя, – произносит зло, уверенный в том, что я уже собралась бежать от него в Арктику. Пальцы перемещаются на шею, надавливают. – Прикую наручниками к батарее, буду приходить кормить и трахать.

Сглатываю, хватая губами воздух. Ощущаю его руку на горле.

– Заманчивое предложение, – царапаю ноготками кожу на предплечье, двигаясь в сторону широкого запястья. – Но ты ведь знаешь, что дикому Маугли не место в клетке.

Рука Шамиля расслабляется.