Трещали выстрелы — солдаты из грузовика открыли огонь.

— Мамочка, мамочка… — лепетала Лида, с силой зажмуривая глаза.

Самолет оторвался от земли, резко набирая высоту. Выстрелы становились далекими, глухими. Самолет качнулся, его немного повело в сторону, но пилот справился с управлением.

Максим повертел головой. Облака неподалеку — откуда они взялись? Небо было ясное.

— Терентьев, все в порядке? — громко спросил Платов. Как ни странно, шум мотора не заглушал его голоса — кабина была неплохо герметизирована.

— В крыло попали! — отозвался летчик.

— Выдержим?

— Надеюсь. — Пилот нервно засмеялся.

Самолет развернулся в воздухе, дал крен на крыло. Открылась задымленная панорама в районе границы. Сжалось сердце. Люди молчали. Никто не верил, что все кончилось. Нельзя в это верить. Только расслабишься, обрадуешься — и какой-нибудь истребитель из-под облаков…

Платов с интересом разглядывал Вайсмана, сидящего напротив. Тот съежился, опустил голову. Ему развязали руки — пусть прыгает из самолета, если хочет.

— Что происходит, товарищ майор госбезопасности? — спросил Максим.

— Да, мы получили радио, когда летели сюда, — кивнул Платов и слегка побледнел. — Немецкие войска атаковали СССР на всем протяжении западной границы, тем самым вероломно нарушив пакт о ненападении… — Платов пристально смотрел в глаза немецкому полковнику. — Пока Красной армии похвастаться нечем, мы отступаем. Но не везде. Крепость в городе Берестов пока держится, ее защитники сковали немало гитлеровских войск и даже переходят в контратаки. Эти люди — герои, они превзошли порог человеческих возможностей. Я не пропагандист, Максим Андреевич, следует готовиться к тому, что война будет долгой и кровопролитной. Но свое первое задание вы с честью выполнили. Готовьтесь к следующему.

Он поедал глазами пленника и не мог удержать ехидную усмешку. Она не нуждалась в переводе. Вайсмана отработают на все сто, выжмут полностью. Он владеет уникальными сведениями — и это огромный козырь. Он знает всю структуру абвера, прочих учреждений гитлеровского рейха. Планы фюрера, направления главных ударов, особенности работы и мышления немецких агентов и военачальников. Если всю эту информацию грамотно использовать, результат будет, обязательно будет.

— Максим Андреевич, — глухо прошептала на ухо Лида, — а вы точно в горкоме работаете?

— Маленький нюанс, Лидия Александровна, — он тоже склонился к ее уху, — мы можем говорить о чем угодно, кроме запретных тем. Вы это хорошо понимаете? Это к вопросу о вашей собственной безопасности.

— Кажется, да… — неуверенно пробормотала девушка. — Вы не подумайте, Максим Андреевич, я, может, и слабая, но очень умная, находчивая и сообразительная. Не волнуйтесь на мой счет.