Максим чуть не засмеялся, действительно, с чего он взял, что за лесополосой все кончается?

Человек остановился, но продолжал махать руками. А со стороны деревни опять коптил немецкий грузовик с солдатами! Он вырвался из седловины между холмами и медленно приближался. Какие глазастые, черти!

Человек уже был рядом — мужчина средних лет. Он махал за лесополосу — давайте туда! А когда мотоциклы промчались мимо, припустил за ними. Дорога огибала посадки и еще одно здание ангара. За ним прятался самолет — одномоторный пассажирский моноплан конструкции Москалева. Изделие явно не из тех, что выпускались в серийном порядке. Высокое шасси, приличный размах крыла — в противовес короткому фюзеляжу."

"От самолета бежал еще один человек — взволнованный, бледный как мел. Майор ГБ Платов! Пилот все понял, запускал двигатель. Пропеллер плавно начинал вращение.

— Товарищи, дорогие, кто же сомневался, что вы прорветесь? — гремел Платов, пожимал руки, хлопал по плечам. Переволновался человек, уже не верил…

— Как долетели, товарищ майор? — поинтересовался Максим.

— Издеваетесь? — крякнул Платов. — Да нас дважды чуть не подбили. А парашюты, увы, не положены. Ну что, полетели, смертники? В пути все расскажете… Подождите, с вами женщина? — напрягся он. Лида под его взглядом съежилась, окончательно потускнела. — Максим Андреевич, я же вас предупреждал!

— Оставим здесь, товарищ майор? — деловито осведомился Максим — Немцам на поругание? Они как раз на машине сюда едут, скоро будут.

— Да вы понимаете, что вы делаете? — возмущался Платов. — Самолет рассчитан на одного пилота и шестерых пассажиров! А все по вашей милости и сердобольности!

— Не верю, товарищ майор, — настаивал Максим. — Где шесть, там и семь. Лидия Александровна — женщина хрупкая, практически невесомая… Товарищ майор госбезопасности, я вас очень прошу! — взмолился он. — Неужели вы не можете понять?

— Там немцы на грузовике! — доложил, подбегая, мужчина в гимнастерке. — Улетать отсюда надо!

— Ладно, все на борт, — скомандовал Платов. — Женщина — тоже. А с вами, Максим Андреевич, мы еще поговорим… когда-нибудь, — добавил он, пряча добродушную ухмылку. — Все на трап, дважды повторять не буду.

Пассажирский отсек позади пилота был узкий, тесный, с короткими рядами продольных лавок. Здесь было душно, неуютно, но кого это волновало? Лида прильнула к Максиму, тяжело дышала.

Все перепуталось у девушки в голове. Жизнь подбрасывала одну беду за другой, но она по-прежнему была жива. И странный человек, ворвавшийся в ее жизнь, тоже был жив. И если суждено теперь умереть, то погибнут оба — в одном самолете…

Летательный аппарат выкатывался на взлетную полосу, покачивал крыльями, убыстрялся, подпрыгивал на колдобинах.