Труп Дли Хассана могут вскоре обнаружить — и тогда меня призовут к ответу…

— Ты убила его?!! Но как? — глаза Иниги расширились от изумления."

"— Не я его убила, а его безумная похоть. Я сыграла с ним в невиннейшую любовную игру, всеми силами отвлекая его и давая тебе возможность исполнить твою миссию, но ты долго медлила, Инига… И в конце концов у меня не оставалось выбора — я позволила ему войти в меня. Возбуждение его к тому моменту было столь велико, что черное сердце негодяя остановилось… О, это слишком легкая кончина для такого злодея! — Зейнаб схватила свой плащ:

— Пошли, Инига! Нам надо бежать!

Инига потянулась было к своему плащу — но тут снаружи послышались звуки совсем иного рода, нежели прежде.

Зацокали конские подковы, раздались воинственные кличи солдат, вопли женщин, топот бегущих ног, бряцанье оружия… Две молодые женщины переглянулись, и Инига боязливо шепнула:

— А что, если огни привлекли других разбойников, а вовсе не брата с отрядом?

На какой-то краткий миг сердечко Зейнаб похолодело, но тут же здравый смысл возобладал над страхом:

— Сомневаюсь, что сейчас в этих горах есть другие разбойники, Инига.

Вспомни: ведь солдаты калифа прочесывали местность почти две недели! — Она взяла подругу за руку. — Давай-ка выйдем и поглядим. Надо приветствовать избавителей!

Карим увидел ее тотчас же. Заметил подле нее сестру… Зейнаб жива! С нею ничего не случилось! Он тотчас же послал двоих солдат, дабы защитить женщин на случай непредвиденных действий противника.

Очень скоро все было кончено: сакалибы сломили слабое сопротивление воинов Али Хассана. Женщины и дети согнаны были в кучу — им теперь была одна дорога: на невольничий рынок в Алькасабу Малику. А оставшиеся в живых злодеи будут публично подвергнуты жесточайшим пыткам и казнены на площади, и души Хабиба-ибн-Малика и его родных смогут, наконец, успокоиться…

Князь и Нази направились прямиком в шатер Али Хассана.

Туда же привели Зейнаб и Инигу.

— А где же Али Хассан? — спросил Хасдай-ибн-Шапрут, глаза которого еще не привыкли к темноте.

— Он мертв, — отвечала Зейнаб.

— Как он умер? — спросил Нази. — И когда?

— Совсем недавно, мой господин. Сожалею, но он умер на ложе страсти… Похоть убила его. Это был слишком легкий конец…

Карим подошел к ложу и, стянув с тела расшитое покрывало, долгим взглядом посмотрел на убийцу своей жены и всей семьи.