И сами представители этой расы наказывали своих же нечестных на руку дельцов. Но одно дело держать слово, а другое — всегда думать, прежде всего о собственной выгоде. По Тирэю даже пословица ходила: обвести гнома вокруг пальца — тоже самое, что стать любимцем богов, теоретически возможно, а в жизни — практически не реально.

Пожав друг другу руки, видимо скрепляя некий договор, мужчины разошлись. С этого момента мы двигались вместе по дороге, которая проходила по лесу. Кареты ехали довольно быстро, и рессоры не справлялись с нагрузкой — пассажиров немилосердно трясло. Когда одно из колес попало в очередную яму, Хем, не удержавшись, упал на меня, и я придушенно охнула от совсем недетского веса. Эла Хлоэль поспешила нам на помощь со словами:

— Да, леди Хельвина, демоны очень тяжелые, хотя по виду и не подумаешь.

Она усадила Хема рядом с собой, придерживая рукой, а я поинтересовалась:

— А вы не знаете почему?

— Животные, что с них возьмешь?! Они же по сути те же оборотни, раз вторую — боевую — ипостась имеют. Соответственно — двойной вес. В природе все взаимосвязано, — наставительным, менторским тоном ответила Хлоэль."

"Меня покоробило сравнение с животными, да еще в присутствии Хема. Но мальчик никак не реагировал на слова няни — с вялым любопытством продолжал смотреть в окно. Теперь он оживлялся, только когда я обращала внимание на него, а так можно было подумать, что это зомби.

Я уже открыла рот, чтобы сделать замечание по поводу несправедливых слов. Но в этот момент раздался крик, испуганное ржание лошадей, а окно рядом с элой Хлоэль разлетелось на мелкие осколки, вслед за этим, чуть выше моих коленей в стену вонзилось тонкое копье, оторвав занавеску у окна и пришпилив к стене кареты. Я тупо смотрела на него, будучи в полном ступоре. Хлоэль завизжала, а Хем заплакал, и именно его тонкий скулеж привел меня в чувство. За последние дни, я неожиданно сильно привязалась к нему.

Кожу на лбу демоненка посекло осколками — слишком близко возле разбитого окна оказался, и из ранок сочилась темная кровь. Мальчик, размазывая кровь по лицу, хныкал от боли.

Не раздумывая, приложила ладонь к порезам, накрыв почти весь его лоб, и призвала свою магию: исцеляя, заживляя ранки. У всех высших рас хорошая регенерация, но в детстве — очень медленная.

— О, Пресветлая, что нам делать, что нам делать? — в ужасе застонала Хлоэль, вжимаясь в спинку сиденья.

Я тоже задалась этим насущным вопросом. Выглядывать из кареты откровенно страшно. А затем начался кровавый кошмар: лязг металла о металл, жуткие звуки (кто-то кричал в боевом запале, но явно не наши). Эльфийская глотка таких звуков издавать не может — знаю как целитель.