– Документы предъявите, гладиаторы! – Старшина требовательно взглянул в глаза Сергею и слегка отпрянул, встретив его жесткий взгляд.

– И куда вы только смотрите, дармоеды! – пробурчал водитель джипа, поднимаясь с земли и вытирая кровь на разбитой губе. – Кто за тачку ответит, сержант?!

Словно в доказательство того, что имеет право говорить в подобном тоне, мужчина в дорогом костюме достал из кармана удостоверение и, развернув его, сунул под нос милиционеру, который секунду спустя уже стоял по стойке «смирно», пытаясь втянуть отвисающий животик. Выскочивший из «уазика» следом за старшим по званию ефрейтор мгновенно оценил ситуацию: презентабельный господин, при виде удостоверения которого его командир отдал честь; стоящий рядом невзрачный мужчина в потертой одежде не первой свежести, только что ударивший сего достойного гражданина. На ходу откинув приклад автомата, парень ударил им Сергея в основание черепа, отчего тот без чувств рухнул на землю.

– Разберемся, господин депутат! – Старшина одобрительно кивнул подчиненному, вновь отдал толстяку честь и защелкнул наручники на запястьях безвольно лежащего Сергея.

Такой поворот событий не ускользнул от внимания дамы, которая успокаивала плачущую дочку. В порыве негодования она подбежала к милиционерам, пытаясь исправить ситуацию.

– Куда же вы его?! Он моего ребенка от смерти спас! – с мольбой воскликнула молодая женщина, растерянно оглядываясь в поиске поддержки.

Но очевидцы произошедшего уже торопливо расходились, смущенно пряча глаза. Одна лишь тщедушная старушка, по всей видимости – только что подоспевшая «на интересное», голосила, размахивая облезлой палочкой:

– Так его, родимого! Пущай знает, как на честных людей набрасываться!

– Не волнуйтесь, гражданочка, разберемся, – важно произнес сияющий, словно мыльный пузырь, ефрейтор. Он уже мысленно прибавлял к своему небольшому окладу премию за поимку опасного преступника – судя по разъяренному виду «важного» человека, этот парень, несомненно, таковым станет.

Затолкав бесчувственного Сергея в «собачник» и включив мигалку, стражи порядка отчалили, оставив растерянную женщину, обнимавшую ребенка, и продолжавшую что-то бормотать себе под нос старушку.

После трех суток содержания в КПЗ, где Решетов сражался с тяжелейшим похмельем и последствиями страшного удара, отправившего его в небытие, он был ознакомлен с обвинительным заключением и доставлен в мрачное здание следственного изолятора.