36Ефремов ознакомился с показаниями Козодоева, вызвал к себе Лаврентия и сказал:

– Прочитай показания. Суть понятна? Сын директора СГТС десять лет назад убил человека.

– Забавненько! – протянул оперативник, бегло просмотрев протокол допроса. – Это он из-за мамаши его грохнул?

– Лаврентий, сейчас пять часов вечера. Козодоев-старший работает до половины шестого. Мне надо, чтобы он до семи часов оставался в офисе. Бери ноги в руки, мотай на площадь Советов, тормозни его. Как предлог используй показания сына, но о мамаше не упоминай ни слова.

Оперативник поморщился. Слишком уж скользкое задание дал ему Ефремов.

– Палыч, он же наверняка ничего об этом убийстве не знает. Как я его два часа в кабинете продержу? О чем мне его допрашивать?

– Напусти мути, начни расспросы с жизни на буровой. Уточни, сколько раз и когда в восемьдесят втором году он возвращался с вахты, чем занимался в отпуске, что в это время делал сын. Из твоих вопросов Козодоев-старший должен сделать вывод о том, что мы подозреваем сына в совершении других преступлений. Напрямую об этом не говори, но…

– Палыч, а если он пошлет меня куда подальше и поедет домой? Как мне тебе об этом сообщить?

– С собой возьми Киселева, в дежурной части получи радиостанцию.

Киселева с рацией оставишь на проходной, а сам поднимешься в СГТС. Если Козодоев поедет домой, то свяжешься с моим водителем и передашь информацию. Запомни, Лаврентий, мне надо всего пару часов.

– Сделаю!

Под предлогом встречи с ценным информатором Ефремов выпросил у Стадниченко оперативный автомобиль с радиостанцией и помчался в коттедж Козодоевых, находящийся на окраине города.

«Зачем я это делаю? – терзал он себя в пути.

 – На кой черт мне сдалась его мамаша? Завербовала она Федосееву, ну и хрен с ней, мне-то какое дело до их интриг? Но все-таки… Не в Марине ли надо искать причину? Нет, не в ней. Я просто хочу довести логическую цепочку до конца, а Марина и Сергей Козодоев для меня уже отработанный материал, жмых, скорлупа от кедровых орехов».

Узнав от горничной о визите сотрудника милиции, Римма Витальевна велела проводить Ефремова в гостиную. Встречала она незваного гостя при полном параде, в импортном брючном костюме, с полупрозрачной шелковой косынкой на шее.

С тех пор как в доме появился достаток, Козодоева навсегда поменяла домашние платья и халаты на деловые костюмы.

На вопросы мужа о том, зачем ей все это надо, она неизменно отвечала:

«Я не хочу выглядеть как обабившаяся домохозяйка, на уме у которой только мексиканские телесериалы и бисквитные пирожные к чаю».

Римма Витальевна встретила Ефремова посреди просторной гостиной. Несколько секунд они молча рассматривали друг друга.

«Этот человек – мой враг, – решила Козодоева. – Он пришел разрушить мою жизнь».