– Это было бы довольно странно, - отвечаю в тон. - Особенно, если ты по-прежнему будешь в маске, а я с завязанными глазами.

Он всё ещё нависает надо мной. Я чувствую, ощущаю его. Тянусь к повязке, но Назар перехватывает мою руку, сжимает запястье, а потом я чувствую на пальцах прикосновение его губ.

Я ещё не остыла от цунами ощущений, моё тело, моя кожа - слишком чувствительны, и это прикосновение, словно удар током, заставляет вздрогнуть, а дыхание - сбиться.

– Нам некуда спешить, Надя.

– Я хочу увидеть твоё лицо.

– Ты его уже видела.

– Но я не помню!

– Вспомнишь, - говорит уверенно и твёрдо, обрезая дальнейший спор.

- А теперь подними руки вверх, возьмись ладонями за спинку кровати над головой и досчитай медленно до десяти.

Спрашивать для чего мне это надо делать - бесполезно. Я уже приняла правила его игры, тем более, что и сама с удовольствием в неё играю. Так что я выполняю указание и считаю.

Уже через мгновение ощущаю холод, понимая, что рядом Назара уже нет.

– Четыре…

А есть ли смысл считать дальше? Наверняка его уже и в комнате нет…

– Продолжай считать, Надя, - неожиданно раздаётся прямо рядом с ухом, и я вздрагиваю.

Как ему удаётся быть настолько тихим, неощутимым? Когда человек в комнате, так или иначе всегда можно его почувствовать или услышать. И слух у меня хороший. Но этот парень не поддаётся восприятию.

– А то что? - вдруг решаюсь я на провокацию. Собственно, кто мне запретит?

Удивительно, но я всё ещё его боюсь. Даже после всего, что только что между нами было. Я не знаю, что у него в голове, и зачем он вообще затеял эту игру. Не знаю, на что он способен, но предполагаю по реакции Микса, что на многое.

Всё это с ним будто по лезвию.

И мне действительно страшно. А ещё меня затягивает будто в трясину. Я проваливаюсь, не сопротивляясь, мягко, но неотвратимо ухожу в эти зыбучие пески. Кажется, уже ушла. С головой.

– Ты меня сейчас провоцируешь? - снова лёгкий смешок, смешанный с удивлением.

В ответ я молчу. Губы пересыхают от волнения, и я их облизываю, не сразу понимая, как это выглядит. Особенно в ответ на его вопрос.

– Я хочу видеть тебя. Позволь мне снять повязку, - снова повторяю, мне действительно очень хочется увидеть его, настолько, что это кажется жизненно необходимым.

– Нет, Надя, не сейчас.

– Почему?

– Потому что тебе самой это нужно - быть с закрытыми глазами, - он ведёт языком, самым кончиком, по контуру моего подбородка. - Ты увязла в рутине. Тебе нужно обострить чувства.

О, куда же ещё острее!

– Звуки, - мягко прикасается к ушной раковине губами, пуская странную щекотку по позвоночнику, - запахи… Ты чувствуешь запах нашего возбуждения, Надя?

А я не могла понять, что же это за ощущение, что улавливает моё обоняние. Вроде бы и не запах… что-то неуловимое.