Помимо прочего его внимание привлекли каменные саркофаги, расположенные вокруг чучела, как расходящиеся лучи.

«Мы на месте, — произнес Консул. — Выжигай эту дрянь и двигайся к чучелу».

«Это не привлечет внимания монстра»? — спросил Игнат.

«Зверобог пребывает в спячке на собственном плане бытия, — ответил ксенос. — Если не делать глупостей, он не представляет опасности».

Игнат обратился к источнику Хаоса, преобразуя энергию в огонь. Миг, и полутьму древнего капища накрыла волна испепеляющего света, умерщвляя клубящуюся в воздухе дрянь.

«Низшие божки куда ближе к смертным, чем хотят это показать, — продолжал объяснять Алазан.

 — Им приходится впадать в спячку, иначе они просто сойдут ума от бездействия».

Игнат понял, что, натренировавшись выходить на связь с Алазаном, не разорвал ее даже во время применения энергии. Настоящая учеба давала ему действительно хороший рост возможностей.

«Хорошо, — отвлек его Консул. — Теперь подойди ближе и осмотрись. Сейчас мы подготовимся к охоте».

Игнат вошел в зал. Теперь, когда зеленая хмарь не застилала взор, он увидел, что в саркофагах ощущается жизнь.

Это были тела существ, чьи сигнатуры хоть и излучали жизнь, но пребывали в поврежденном состоянии.

«Первосвященники божка, — тут же объяснил Алазан. — Скорее всего, он постарается использовать их в бою, но из-за утраты разума эти существа не так опасны»

Осторожно ступая по иссохшей грязи, Игнат подошел вплотную к чучелу. Под землю от него уходили энергетические каналы. Сейчас они были не активны.

«Начинай готовить приманку», — распорядился Алазан.

Игнат действовал по заученному порядку действий. Достав из кармана сферу ретранслятора, он начал выделять из него нейтральную энергию.

Работал медленно и кропотливо, чтобы не оставить чужих примесей. Божок должен был до последнего момента думать, что это дар от его жрецов.

«Все, достаточно, — хмыкнул Консул через полчаса кропотливого процесса. — Теперь внедряй ментальный конструкт».

Игнат убрал ретранслятор. Сейчас у ног идола мерно светился пучок энергии. Аккуратно прикоснувшись к нему, Игнат начал подавать ментальную энергию, образуя в центре конструкт, что должен будет стать ловушкой для твари.

Это дело стало еще более сложным, отняв около часа времени. Когда Игнат закончил, по его лбу стекал пот от кропотливой и сложной работы.

«Это посложнее, чем бить сырой силой, словно примитивный дикарь, не так ли»? — усмехнулся Алазан.

«Не стоит недооценивать чистую силу, — Игнату не хотелось признавать его правоту. — Для всего есть свое время и место».

Ксенос не ответил. Игнат ощутил, как атмосфера общения стала серьезной. Настал черед финального и самого опасного момента.