Тряпкой, об которую можно вытереть ноги.

Обозлившись на весь белый свет, я забежала в ванную, отыскала ножницы в шкафчике и снова ринулась в гардеробную. Я сорвала с плечиков свое свадебное платье и изрезала его на мелкие куски, наивно полагая, что мне станет легче.

Ни черта не полегчало!

Тогда я понеслась в гостиную и с пронзительным ревом смела с настенных полок все ненавистные безделушки, все рамки с нашими совместными фотографиями. Одна из них угодила в стену и разлетелась на осколки, чем-то напоминающие фрагменты моего разбитого сердца.

— Ненавижу! Сволочь! Предатель... Я же доверяла тебе больше, чем себе, — заскулила я как раненый зверь.

Испытывая невыносимое головокружение, я рухнула на пол и забила кулаками по паркету и битому стеклу. Отчаянно. Из последних сил.

Но черт с ним с моим разбитым сердцем...

А вот когда взгляд упал на тест с двумя полосками, который также оказался на полу среди осколков, праведный гнев внезапно отошел на второй план. На его место пришли странный трепет и волнение.

Ребеночек. Наш малыш.

Неужели и ему придется расти без отца?

Я приложила ладонь к своему плоскому животу и ощутила невероятное тепло, разливающееся по венам.

А затем я вздрогнула от раздавшегося хлопка входной двери.

Сердце сжалось в микроскопический комок и будто бы замерло. Всего на миг, поскольку оно вдруг гулко забилось. Взревело, ускоряясь до страшного предела.

Мне же сейчас придется смотреть в глаза предателю. И не просто смотреть, но еще и выслушивать его жалкие оправдания и мольбы о прощении. К такому я как-то не готовила себя.

Глава 3. Осколки любви

Тишина, а далее звуки шагов, приближающихся в гостиную. Мягких и неторопливых.

Макар показался из-за угла и резко остановился в проходе. Он словно не ожидал меня здесь увидеть.

Сюрприз, сволочь!

И с каким же безразличием он просканировал комнату, в которой я устроила небольшой погром.

Зацепившись взглядом за наши скомканные фотографии, он протяжно хмыкнул, вопросительно изогнул бровь и наконец обратил на меня внимание.

Глаза в глаза.

Мой измученный взгляд против его равнодушного. Настолько холодного, что все внутренности скукожились, покрывшись заледенелой коркой.

От губительного ожидания, от его максимально пофигистического выражения лица меня пробрало до самых костей и передернуло от мороза, прокравшегося в душу.

Ну давай! Спроси, какого черта здесь творится!

— Ну и что тут происходит? — поинтересовался он весьма спокойным тоном. — И откуда кровь на полу?

Сначала не поняла, о какой крови шла речь. И только когда опустила голову, я увидела на паркете отвратительные кровавые кляксы, от вида которых оцепенела на долю секунды.

Тошнота поднялась к горлу. Я вытянула перед собой трясущиеся руки."

"Мои ладони...