Я пыталась немного остудить его пыл, просила разобраться повнимательнее, но куда там! Дело в том, что у него дядя был диссидент и пострадал в свое время от карательной психиатрии, Дима видел, во что лекарства превратили этого умного и сильного человека, очень переживал и не хотел ни для кого подобной участи. В общем, он в своей передаче разгромил того врача под орех, так что потом его даже посадили. Я часто думала, прав ли он был тогда, не зря ли сломал человеку жизнь ради абстрактной идеи? И вот он погиб от руки психически больного… Зло всегда возвращается бумерангом, – повторила Эмилия Львовна.

– А добро? – вдруг вырвалось у Лизы.

Шишкина пожала плечами:

– Добро на то и добро, что не станет бить тебя по затылку. Сделанное тобой добро тоже возвращается, но никогда насильно не врывается в твою жизнь, как зло. Лежит тихонечко и ждет, когда ты его возьмешь, а ты не замечаешь и проходишь мимо. Поэтому и кажется, что зла в нашей жизни больше, чем добра. Заварить еще чаю?

– Нет, спасибо! А что вы помните о той передаче еще?

– Больше ничего, но у меня есть запись в городской квартире.

Сын в свое время перегнал нам весь видеоархив с кассет на диски, так что я поищу, если надо. Хотя какое это имеет сейчас значение?

– Может быть, очень большое, – сказала Лиза задумчиво, – а может быть, и нет. Мы сейчас проверяем одну гипотезу, и пока все очень зыбко, на уровне догадок.

В принципе, информация получена. Был какой-то доктор, имеющий все основания ненавидеть Шишкина.

Шельмование и посадка – вполне достойный повод для мести, но на кой черт ждать четверть века? Тут уже не холодное блюдо, а сгнившее… Бедняга давным-давно отсидел и вышел, как-то жил, откуда вдруг? За незаконное помещение в психиатрический стационар не дают двадцать пять лет, там, кажется, потолок семь, и то если с использованием служебного положения. И вообще статья смешная, ее почти не применяют. Замучаешься доказывать… Она посмотрела на Зиганшина, продолжавшего энергично копать. Если сейчас она свернет беседу, то работа останется недоделанной и бедной Эмилии Львовне придется самой браться за лопату. Нет, лучше посидеть еще немного в тенечке, попить чаю и полюбоваться трудящимся начкримом, пусть почувствует, что такое настоящее силовое предпринимательство. И Лизе приятно посмотреть, и у Шишкиной дело сделано.

– Не помните, как звали того врача?

– К сожалению, нет. Фамилия какая-то не совсем обычная, не Иванов точно.