Вроде бы он был молодой парень еще, я говорила мужу: «Дима, вникни, неопытный специалист, возможно действовал из лучших побуждений», – но куда там… Дима только горячился, мол, представь, если бы у матери не оказалось нужных связей, здоровый человек так и сгнил бы в психушке? Так вот он сделает такую передачу, и даже цикл передач, чтобы подобное никогда и ни с кем не могло повториться! Чтобы каждый человек чувствовал себя в безопасности от этого, а психиатры десять раз думали, прежде чем госпитализировать!

Лиза вздохнула. Плохо, когда твою жизнь разрушают, но, наверное, вдвойне хуже, если делают это не из личной выгоды, а только лишь для назидания будущим поколениям.

– Нет бы мне насторожиться, – продолжала Эмилия Львовна, – нет бы задуматься, когда Кривицкого убили.

– Что, простите? Вы были с ним знакомы?

– Нет. Но когда я увидела статью о его смерти, вспомнила, что он участвовал в одной из Диминых передач про недобросовестных психиатров. Помню, еще подумала, надо же, психиатр, и погиб от руки сумасшедшего. Смешно мне, видите ли, показалось, ха-ха, за что боролся, на то и напоролся. И в лоб не влетело, что Диму постигнет та же участь…

Эмилия Львовна заплакала, и Лиза, не зная как утешить, просто взяла вдову за руку.

Впрочем, женщина быстро справилась с волнением, вытерла слезы и улыбнулась.

В тот день у них был запланирован еще визит к жене Кривицкого, перед которым они заехали в отдел, чтобы растрепавшийся после землекопных работ Зиганшин привел себя в порядок. Легкомысленные джинсы и футболку пришлось сменить на форму, и это простое действие сыграло им на руку.

Вдова Кривицкого оказалась дамой совсем из другого теста, чем Эмилия Львовна, и не жаловала плебс, но подполковничьи погоны на рубашке Зиганшина впечатлили ее.

Высокая и статная, она смотрела на гостей с выражением холодного отчаяния и, пригласив в гостиную, обставленную с довольно безвкусной роскошью, не предложила ни чаю, ни кофе.

– Что вам еще от меня нужно? – спросила она трагическим тоном. – Вам недостаточно, что мой муж погиб из-за того, что вы не справляетесь с работой? Недостаточно, что вы мне вымотали всю душу во время следствия, когда я еле живая была от горя, а вы все ходили и задавали мне оскорбительные вопросы? Вы как-то еще хотите причинить мне боль?"

"– Лично я вижу вас впервые, мадам, – сказал Зиганшин развязно, – но если действия моих коллег показались вам обидными, прошу прощения.

Лиза потупилась, чтобы скрыть улыбку. Вдова Кривицкого из той многочисленной категории людей, которым главное – назначить виноватого, причем в поисках этого самого виноватого они обычно путают причину со следствием. Заболел – виноваты врачи, умер – виноваты они же, убит – виноваты полицейские.