Тоже неторопливое, сладкое-сладкое… Нежное такое.

- Да, котен, так, так, так…

Рома не настойчив, движения размашистые, сильные, до упора. От них все сладко и томно ноет, в животе легкие спазмы, я чувствую себя и в самом деле наигравшейся кошкой, смотрю на Диму, в его глаза, как он губы облизывает, а потом чуть подталкивает к более активным действиям.

И я только за.

Облизываю член, погружаю в рот под удовлетворенный вздох. Дима на редкость немногословен в сексе. Что прекрасно оттеняет красноречие его брата.

Ловлю тот же мягкий темп, двигаюсь.

Все происходит на таком расслаблении, настолько сыто и сладко, что наслаждение длится и длится, наслаждение от процесса даже, не от результата.

Я кайфую от нежности, от их касаний, от того, как обстоятельно и медленно проходятся по моей талии и бедрам ладони Ромы, как стягивают волосы на затылке, управляя, направляя, пальцы Димы, как они дышат, все тяжелее и тяжелее, как смотрят, с таким обожанием, с таким восхищением, словно не имеют меня сразу вдвоем, а преклоняются королеве на троне. И ловят момент, чтоб край платья поцеловать.

Мне кажется, что это может долго продолжаться, очень долго. Член входит в меня сзади ритмично и сильно, я в такт двигаю головой, послушно расслабляя горло.

Черт, это хорошо… Это так, как надо.

С ними все так, как надо. С моими зверятами. Сладкими мальчиками.

Рома, наконец, ускоряется, крепче держа меня за бедра и вбиваясь уже с силой, матерится, что-то шепчет поощрительно, но я не слышу, шум в ушах, пальцы Димы на затылке сжимаются, тоже усиливая движения, убыстряя.

И я кончаю первой. Просто закрываю глаза, вижу нас словно со стороны. Мое мокрое от пота, вылизанное многократно везде, где можно и нельзя, тело, гибкое и тонкое. Их руки, грубые руки парней, привычных к тяжелому физическому труду, с ярко выраженными жилами спортсменов. Их движения, жесткие, хлесткие, уже несдержанные.

И это горячее самого горячего порно.

Это огонь.

И он меня сжигает.

И они меня сжигают.

А потом мы заваливаемся спать. Без разговоров, сил на них нет. Ночь была длинной, и в этот предрассветный час мы просто вымотались.

Сквозь сон слышу голос Ромы:

- Заездила ты нас, котен… Темперамент бешеный просто, круто да, Димас?

Дима не отвечает, утыкается мне в шею, вылизывает, как хищник свою самку.

- Ты только не вздумай опять смотать, поняла, котен? Мы же найдем…

Это уже в полусне Рома говорит.

А Дима ничего не говорит. Просто подгребает меня к себе под бок, наваливается практически всем телом, оставляя на свободе только ногу и руку. Пальцы тут же переплетаются с крепкими Ромиными, и я понимаю, что уйти не получится.

Не сказать, что я не планировала. Может, и планировала. Но все пустое.

Я засыпаю.

Ужасно удобно и правильно почему-то лежать вот так, полностью в коконе из мужских голых тел.