– Вы так считаете, капитан? Думаете, вам случайно не повезло стать напарником госпожи Арифеевой, просто потому что начальник счел нужным так наказать вас за легкомысленное отношение к дисциплине? – изобразил Гарденин почти искреннее любопытство.
Вообще-то уже какое-то время ни невезением, ни наказанием совместное времяпрепровождение с Владой я больше не считал, хотя и полного понимания, чем же это является для меня, тоже пока не достиг. А мотивы шефа – это его личные трудности, но распространяться ни о чем из этого не собирался.
– Судя по многозначительному выражению вашего лица, господин Гарденин, это не так.
"– Присядьте, капитан. – Само собой не радушное предложение, а лишь слегка завуалированный приказ, подкрепленный неким невидимым, но абсолютно реальным давлением, вынуждающим подчиниться. – Ваш начальник, возможно, и считает, что решение он принял самостоятельно, но вы же понимаете, что я не мог доверить такую особенную милую девочку, как Влада, кому попало.
В желудке образовалась невесомость от внезапного прилива чистой злобы из-за откровенного собственничества, с которым он сказал это.
– Не торопитесь с выводами, капитан! – хищно оскалился мой собеседник, будто точно считав мысли.
– С выводами о чем?
– Обо мне и моей якобы негативной роли в судьбе нашей милой Влады. – У меня аж желчь вскипела, когда он уже второй раз назвал ее «милой», словно у него было на это право, и как будто это было правдой. – Именно благодаря мне она сейчас гуляет с вами на свежем воздухе, играя в детектива, а не ведет существование живого растения.
Как-то особенно остро зачесались язык и кулаки от того, как много захотелось подробно донести до этого козла. И на краткое мгновение посетило желание, черт возьми, хотя бы высказать этому мудаку и в его лице всем ему подобным экспериментаторам на людях, какие же они в моих глазах твари.
Комментарии
Добавить комментарий