- Да, - призналась решительно, - я была нечаянной свидетельницей вашего разговора с дядей Дереком. И я не подслушивала, просто так получилось.

Рейн улыбнулся.

- Меня удивило не это. Я просто не знал, что ваш дядюшка лишил вас наследства, - сказал он.

Тогда-то я и решила все рассказать, да поподробнее. Наверное, это походило на жалобу, но слова просто лились из моих уст. Рейн сидел рядом, пил вино, слушал и хмурил брови. А я рассказала все. И про дядю, и про Сент-Джона, упомянув свои подозрения по поводу платья. Рассказала и о том, что тетушка вела себя со мной не самым лучшим образом.

Наверное, стоило умолчать об этом, но…

Вино, будь оно неладно.

Риверс подлил мне еще напитка в бокал, и я ненадолго забыла о рыбе, продолжая рассказывать.

- Вот так все и получилось, - закончила в итоге и ощутила укол стыда за то, что разболтала все, что надо и все, что не надо.

Благородной даме стыдно жаловаться. А я…

Закрыв лицо руками, на миг замерла, слушая тишину, опустившуюся над столом. Несколько секунд спустя рука Рейна осторожно тронула мою. Затем мужчина решительно развел мои руки и сказал:

- Я разберусь, Сьюзан. Мы вернем ваше состояние.

- Но как? – удивилась я. – Дядюшка уже потратил его. Не осталось ничего!"

"- Найдет, где достать, - усмехнулся Рейн. – Думаю, его величество может помочь сироте, - губы графа дрогнули в усмешке. – Подлость нельзя оставлять безнаказанной, - добавил он и подняв бокал, отсалютовал им, после чего сделал глоток, и я последовала примеру супруга, ощущая некоторую легкость в теле и от вина, и оттого, что смогла выговориться. Оказалось, мне это было очень нужно.

До самого конца ужина мы разговаривали. Рейн лишь мельком рассказал о своей второй жене. Упомянул, что она умерла во время родов и столько горечи было в его голосе от этой потери, что я ощутила жалость к сильному мужчине, потерявшему и жену и ребенка.

Хуже участи нет. Возможно, он даже любил эту женщину.

Затем мы говорили обо всем на свете. Я рассказала Рейну, что люблю ездить верхом, что люблю играть на рояле, впрочем, об этом он уже знал, и что обожаю книги. Так что, когда вечер, оказавшийся очень уютным, подошел к концу, и граф предложил проводить меня до дверей в мою спальню, я с радостью приняла его руку.

Мы вышли из зала. Я успела заметить краем глаза, как туда тенями поспешили слуги, чтобы убрать со стола.

Поднимаясь по лестнице, ощутила, что ноги приобрели странную легкость. Это вино сыграло со мной злую шутку. Пока сидела за столом, казалось, была почти трезва, но стоило подняться, как мир закружился и уже на лестнице мне пришлось вцепиться в локоть Рейна.

- Вино, - рассмеялся он не спрашивая, а утверждая.

- Да. Оно, - я отчего-то тихо хихикнула. Этот смешок прозвучал немного глупо, но тогда я мало думала о подобных вещах.

Леди не принято пить так много.