Мне кажется, это неплохая идея, не находите?

- Поддерживаю, - ответила я, дав себе мысленный зарок не пить слишком много вина. Нет ну, право слово, не желает же супруг споить меня. А один-два бокала не повредят. Возможно, я смогу немного расслабиться и не чувствовать такого внутреннего напряжения. А поговорить с Риверсом нам стоит.

- К белому вину подойдет вот этот салат, - поставив бутылку в сторону, граф взял фарфоровую салатницу и положил мне на тарелку немного салата. – У меня замечательные повара. Вам понравится.

Кивнув, взяла вилку. Попробовав салат, оценила его по достоинству.

Мы с графом пригубили вино, оказавшееся кислее, чем мне бы хотелось, но вкус был необычным и, что уж говорить, приятным.

- Итак, с кого начнем? – спросил Рейн. – С вас, или с меня? – он улыбнулся и снова пригубил вино, продолжая смотреть мне в глаза, словно пытаясь прочесть мои мысли.

- Вы мужчина. Начнем с вас, - ответила и поймала себя на том, что тоже улыбаюсь.

Действие вина, или обаяние графа?

- Что именно вас интересует? – спросила тихо.

- Все, что вы считаете нужным рассказать. И все, что я должен знать о своей жене.

Я, конечно, понимаю, что за время одного ужина мы не сможем обсудить все то, что нас интересует. Но у нас впереди еще много времени. И тем не менее я бы хотел знать о вас если не все, то многое.

Он отвернулся, и я доела салат. Промокнув губы салфеткой, отложила ее в сторону.

- Еще салата? – предложил граф.

- Наверное, нет. А вот от рыбы я бы не отказалась, - ответила, выразительно посмотрев на блюдо с рыбой.

Рейн приподнялся, убрал в сторону мою грязную тарелку и на ее место поставил чистую. Затем взял блюдо с рыбой и положил мне самый лучший кусок, после чего предложил выпить еще немного вина и начал свой рассказ:

- Вы наверняка знаете, Сьюзан, о моей нелицеприятной биографии?

Я кивнула.

"

"- Да. Я бастард. Моя мать не была аристократкой. Женщина из народа, как говорил отец. Простая, скромная, я знаю, что она до последнего своего дня любила отца. Правда, ума не приложу, за что. А вот он выбрал ее из многих за ее дар. Видите ли, Сьюзан, моя мать, хоть и была простой женщиной, обладала сильной магией. Она была целителем с белой чистой силой. И познакомились они с отцом, когда он пострадал во время неприятной стычки с кем-то из знати.

Точных сведений я не знаю. Мать никогда об этом не рассказывала, зато любила снова и снова повторять о том, как впервые увидела моего будущего отца. Он вошел в ее лавку, припадая на раненую ногу. Из плеча, чуть выше сердца, торчала отравленная стрела. Мать рассказывала, что едва переступив порог, он рухнул к ее ногам. Ей пришлось отдать много сил, чтобы восстановить здоровье господина Риверса. Яд оказался очень сильным. Подозреваю, что его хотели убить намеренно.