"

"Выйдя из зоны таможенного контроля, Георгий видит в группе встречающих молодого человека восточной внешности с плакатом: «Георгий Проханов» – и сразу подходит к нему. Человек уверенно шагает навстречу. Георгий высылал через электронную почту свою фотографию для документов на участие в конференции, и его, должно быть, узнали.

– Мистер Проханов? – спрашивает встречающий на приличном русском языке.

– Да. Прибыл...

– Меня зовут Патрик Мунашаф. Мне поручено встретить вас и проводить... До начала конференции у нас ещё четыре часа. Я покажу вам город, потом мы позавтракаем у меня дома, если вас это устроит. Это будет гораздо дешевле завтрака в ресторане.

– Устроит. Вполне... – легко соглашается Георгий. – Где вы изучали русский язык?

– В Оксфорде. Я студент, подрабатываю переводчиком. Но я некоторое время жил в России. Работал в ваших библиотеках.

Они выходят за стеклянные двери терминала. С крыльца Проханов осматривается.

– А где же здесь вереск?

– Весь вереск давно укатали под взлётную полосу...

Георгий тоже не обращает внимания на речевые тонкости в лексиконе Патрика... Впрочем, он всегда невнимателен к чужим словам, потому что загружает голову другими проблемами и этим гордится...

4

Лёня Борман с детства страдал от своей фамилии, так же, как когда-то страдал его дед, отправленный только за фамилию на долгих двенадцать лет на прииск Ягодное в Колымском крае. Ещё в младших классах школы за Лёней прочно установилась кличка Гестаповец. Став постарше, он несколько раз пытался доказать сверстникам, что Мартин Борман никакого отношения к гестапо не имел, хотя и был идеологом гонений на евреев. Но это никого не смущало. Дети – существа самые жестокие. Не научившись ещё прощать, любят обижать, считая, что от этого сами становятся взрослее и сильнее. Лёню всегда обижали. И потому он рос без друзей, углублённый только в себя и в мир собственных дум и ощущений. Так было и в школе, так было и в институте. Одиночество всегда порождает странности в характере – это доказано психологами. Лёня всем и всегда казался странным. Родители не понимали причин нелюдимости сына, поскольку он никогда не жаловался на полученные обиды, и считали, что Лёня ведёт себя как личность незаурядная, наделённая особыми способностями. Он, в свою очередь, в душе мечтал когда-нибудь доказать, что он выше и умнее тех, кто его обижал. И потому всегда старательно учился, предпочитая книги и учебники играм с другими мальчишками. А потом ему и вовсе стало не до игр. В доме появилось чудо, поглотившее Лёню полностью, – компьютер. В четырнадцать лет он уже самостоятельно научился программировать и даже помогал отцу, владельцу маленькой строительной фирмы, создавал для него эксклюзивные программы учёта и управления.