При подобном захвате, когда предельно ограничена видимость, очень удобно было бы осуществлять связь и руководство операцией через эти миниатюрные, не мешающие в обычной деятельности наушники и микрофоны. Теперь придётся действовать по старинке, как воевали когда-то ещё в Афгане. Кто постарше, те к такому привычны. Молодые офицеры могут без связи плохо ориентироваться. Тем не менее надо действовать, и действие уже началось.

Первыми растворяются в пурге фланги. Два человека справа, два человека слева. Медленно исчезают, потому что осторожно передвигаются, прячась за деревьями издали.

Плохая видимость – да, но вдруг окажется какой-то просвет в снежной круговерти, и именно в этот просвет кто-то в доме надумает в окно выглянуть... Фланги заходят дальше всех, чтобы обхватить дом и отрезать возможность бегства обитателей. Конечно, неизвестно, здесь ли боевики и их пленники. И вообще – были ли они здесь... Они могли пройти мимо, другой стороной. Но, если знают, куда идут, то должны зайти хотя бы руки и ноги отогреть. А они скорее всего знают. Сохно правильно заметил, что в кроссовках пленники по такому снегу долго ходить не могут. Им необходимо где-то ноги согревать. Должны, обязаны в дом зайти, судя по тому, какой путь на склоне они выбрали – уверенно и целенаправленно, судя по тому, что знали даже расположение грота и там делали краткосрочный привал... Просто не имеют возможности оставить без внимания этот дом...

Согрин с Разиным наблюдают. Стоят рядом.

Перед выходом оборачиваются Сохно с Паутовым. Они чем-то схожи внешне, хотя Паутов физически крупнее и мощнее телом. Но тоже, как и Сохно, в эти минуты похож на кошку, подкрадывающуюся к мышке. Обмениваются знаками, жестикулируя.

Как глухонемые. Но это не язык глухонемых. Согрин обучал свою группу языку глухонемых ещё во время работы во Вьетнаме. Сейчас, вместе с командиром, от той группы остались только Сохно и Кордебалет. Ещё один – капитан Макаров – потерялся где-то в Югославии, где командовал отрядом славянских, да и прочих, добровольцев из разных стран[39]. Интернациональный спецназ. Потом готовил сербских спецназовцев, разрабатывал для них программы тренировок. Что с ним произошло после смены власти в стране – неизвестно. Остальные погибли не просто в разных странах, а на разных континентах.

В группе Разина язык глухонемых не понимают. Здесь народ помоложе, они уже привыкли обходиться коротковолновой связью. А как сейчас сгодилось бы это умение... Надо было послать вместо Паутова Кордебалета, но тогда подполковник может обидеться, посчитает, что его людям не доверяют.

Арбалетчик группы Разина идёт почти следом за разведчиками. Но если они заходят с флангов, охватывая дом с двух сторон, то он идёт по центру, высматривая возможное появление собаки.