— Я могла бы допустить, что ролик завирусился. Но тут идет планомерная выкладка и репосты каждый час. Буквально! Кто-то подергал за ниточки…

Я знала, кто, мне не нужно было повторно называть это имя. Но я не стала повторяться.

— Кстати, кто такая Нина? — поинтересовалась Сенечка. — На самом первом ролике, где только драка, оператор говорит: “Скажи Нине, пусть возместит накладные расходы, там…”

— Ни на что не намекаю, но маму Дубинина зовут Антонина Вячеславовна, — вздохнула я. — И хватит об этом. Не хочу слышать. Просто не хочу…

— Твой телефон сейчас закипит! — поделилась наблюдениями Сенечка.

— Отключишь?

— Нет, вдруг… важное? — спросила я.

Я ждала звонка от Дубинина и одновременно не хотела его слышать. Он вызывал во мне сплошь противоречивые чувства — больно и хорошо, трепетно и остро, уютно и невыносимо.

Как мне хотелось вернуться в прошлое и никогда-никогда не спорить с Сеней! Да тьфу на эти споры, я хочу свою спокойную жизнь, в которой никто не копался в прошлом, а каждый новый слух воспринимался, как “Ха-ха! И они повелись, глупцы!”

Но вместо Дубинина звонили все, кому не лень…

Организатор выставки, в том числе.

Была уже поздняя ночь, когда он позвонил, предлагая возбужденным голосом провести не просто выставку с продажей. Нет, он замахнулся на аукцион, убрал работы других и просил разрешения сделать новые объявления.

Мы не спали втроем. Пили чай, болтали, девочки пытались меня отвлечь, и тут такое предложение — на ночь глядя. Я ничего не понимала, меня вроде как грязью с головы до ног окатили, а тут — это…

Виола сжала мое плечо пальцами, шепнув:

— Так это сейчас и работает. На хайпе влетишь в топ.

Обратная сторона такой славы — ее сиюминутность. Если тебя хотя бы немного интересует денежная сторона вопроса, то тебе стоит принять предложение.

— А это не выглядит… паршиво?

— Ты же и так собиралась продавать часть работ, Марф. Решать только тебе…

Я еще ничего не могла решить! Деньги сейчас были последним, что меня интересовало. Я сказала, что дам ответ утром. Организатор попросил не затягивать…

Надо было бы поспать, но я просто не могла уснуть.

Чудовищное состояние…

Меня будто откатило на одиннадцать лет назад, когда я боялась уснуть, вздрагивала от каждого шороха и со страхом косилась на дверь спальни общаги, не могла находиться одна, всегда старалась быть с кем-то в толпе, так за мной и закрепилась слава компанейской девчонки и тусовщицы…

Потом встретила Павлушу.

Его мне сейчас так не хватало!

Новое сообщение.

Дубинин: “Я в больнице. Маме стало плохо с сердцем. Нужно поговорить. Позвони, жду”

Глава 40

Глава 40

Дубинин

Сидя в коридоре больницы, я переживал за жизнь мамы. Отца уже похоронили, не так давно, кстати.