Причем похмелье никак не связано с количеством выпитого накануне горячительного. Я давно поняла, стоит проглотить хотя бы пять миллилитров «огненной воды», и все! Ровно в шесть утра что-то колючее и шершавое начинает царапать желудок когтями, а по черепу – бить молоток. Чтобы избежать неприятных ощущений, я стараюсь не пить вообще, наливаю в рюмку минералки без газа и спокойно глотаю ее. Со стороны кажется, что я глушу водку, и никто из присутствующих не пристает ко мне, повторяя:

– Эй, не сачкуй! Выпей!

Но сегодня я опростоволосилась и теперь наказана за это.

Водка пронеслась по пищеводу и упала в желудок.

Я удивилась. Что это я выпила? Пахнет вроде водкой, но не сильно, и на вкус не горькая…

– Это что за напиток? – тихо спросила я у Костина.

– «Довгань дамская легкая», – ответил майор.

– Это водка? – удивилась я.

– Ага, – кивнул Вовка, – мы ее с ребятами давно открыли. Мягкая очень, лично мне она больше других нравится!

«Довгань дамская» пришлась по вкусу и Тане. Она быстро налила себе еще порцию, осушила рюмку до дна и с жадностью набросилась на еду. Я с сочувствием поглядывала на подругу Светланы.

Похоже, она не слишком обеспечена. На ней выцветшее от многочисленных стирок черное платье и разбитые полусапожки. Да и стройная фигура Тани получила свои модельные очертания не вследствие занятий фитнесом, сеансов массажа и диеты, а в результате элементарного недоедания.

Общей беседы не получилось. Посидев некоторое время молча, каждый потихоньку заговорил о своем. Спустя полчаса Юлечка с Сережкой убежали по делам, Лизавета с Кирюшкой тоже ушли, а Катя извиняющимся тоном пробормотала:"

"– Я консультацию назначила на пять.

– Да и мне пора, – встал из-за стола Костин.

В результате мы с Таней остались вдвоем, потому что Ася, схватившись за виски, простонала:

– Голова заболела.

Потом она помолчала и добавила:

– Пойду аспирин раздобуду.

Таня не обратила никакого внимания на массовый исход участников поминок. Ее рука снова потянулась к рюмке, уж не помню, какой по счету. Мне не хотелось ухаживать за опьяневшей женщиной, поэтому я быстро спросила:

– Танечка, не желаете кофе?

– Пока нет, – спокойно ответила она и снова ловко осушила стопку.

– Съешьте котлетку, – заботливо предложила я.

Насколько я знаю, тех, кто закусывает жирной тяжелой пищей, алкоголь меньше бьет по мозгам. Не надо говорить, глядя на пьяного: «Все водка виновата!» Вовсе нет, выпивший сам дурак! С какой стати влил в себя ведро? Даже хлебом можно отравиться, если слопать несколько батонов за раз!

– Котлету… – протянула Таня, – а… вон ту?

Лицо ее раскраснелось, глаза заблестели, речь стала невнятной, и я с тоской констатировала: она таки напилась. Народ разбежался, и мне предстоит в одиночку справляться с нетрезвой особой.