Что там лежит? С какой стати Лев Яковлевич, ленивый до безобразия, отправился с лопатой во двор, да еще ранним утром, когда ему положено видеть очередной сон? Ему слабо даже картошку положить на тарелку, и вдруг эти упражнения на свежем воздухе, вернее, раскопки?

Не в силах более бороться с приступом любопытства, я выскользнула из дома и, ежась от холода, быстренько расковыряла ту же яму. Когда глаза наткнулись на пакет, я пожалела, что не надела, как профессор, перчатки.

Кстати, у меня отчего-то началась аллергия, проявилась она не в кашле или насморке, а в небольшом дерматите, «украсившем» руки.

Правая кисть пострадала больше, чем левая. По непонятной причине кожа на пальцах сначала покраснела, а теперь стала слезать. Никогда раньше со мной такого не приключалось. В прошлой, «долампиной», жизни, правда, я патологическим образом реагировала на запахи: аромат чужих духов, дым от сигарет, прошедшая мимо кошка вызывали у меня приступы удушающего кашля, из носа лились сопли. Но кожа с рук никогда не слезала, да и про аллергию я, повстречавшись с Катей, давным-давно забыла, ну с какой стати сейчас мои пальцы стали похожи на лапы больной курицы? Может, дело в воде? Здесь она иная, чем в Москве.

Пока в голове ворочались разные мысли, мои руки ловко открыли мешок. Знаете, что там лежало? Никаких документов, драгоценностей или частей трупа. Ничего загадочного или преступного. Всего лишь остатки букета и осколки вазы из комнаты Светланы. Оставалось недоумевать, с какой стати Льву Яковлевичу в пять утра пришла в голову идея полюбоваться на полусгнившие цветочки. И почему отбросы не швырнули в общую помойку, а закопали в саду?

Закидав землей «могилу» несчастных тюльпанов, я вернулась в свою спальню и поняла, что сон ушел, зато в голове появилась идея попить кофе.

Прихватив с собой очередную книгу Татьяны Устиновой, я вошла на кухню и вздрогнула. У окна, во всем черном, сидела Ася.

– Ты не в кровати? – воскликнула я.

– Разве после такого заснешь, – тихо отозвалась Ася."

"– Что случилось?

– Ты и правда ведь ничего не знаешь, – тяжело вздохнула Ася, – уже спала, когда я приехала.

– В чем дело?

– Светлана умерла.

Я плюхнулась на стул:

– Как?

– В палате реанимации, ничего не помогло, – забормотала Ася, теребя край скатерти, – я всех вызвала, притащила из другой клиники лучшего кардиолога России, а толку! Нету Светы.

Я остолбенело таращилась на Асю.

– Такая молодая! – вырвалось у меня.

– Это я виновата, я! – заплакала Ася. – Следовало уделять Светлане больше внимания. У нее последнее время были какие-то проблемы, ходила мрачная. Я думала, что она о Васе тоскует, вот и не лезла к ней в душу. Потом, моя работа… Ну и упустила девочку. Нет бы вовремя…

Я встала и обняла Асю, та уткнулась мне в плечо и притихла.