Она была гораздо приличнее другой, но, похоже, Кристоф так не считал. Я довольно улыбнулась и села на табурет.

– Тогда тебе лучше держать глаза закрытыми."

"Я вылила на ладошку немного шампуня. По ванной тут же начал распространяться травяной аромат. Во дворце я всегда использовала цветочные шампуни: сладкие, летящие, полные энергии. Этот же запах напоминал о Кристофе. Пряный, с легкой горчинкой, он был таким же успокаивающим, как его голос.

Намыливая его волосы, я и сама сомкнула веки. Влажное тепло от ванны липло к коже, а в воздухе витал аромат нагретых солнцем трав. Не торопясь, я смыла душистую пену и пригладила волосы, касаясь кончиками пальцев лба. Очертила прямую линию носа и дотронулась до губ.

Кристоф медленно приоткрыл рот, как будто давая мне возможность убрать руку. Вместо этого я слегка надавила на нижнюю губу, а через мгновение ахнула. Он потянулся вперед, прихватил мой палец зубами и втянул его в рот. От посасывающего движения внизу живота всё сжалось, и я вцепилась второй рукой в край ванны.

– Когда ты так делаешь, я чувствую себя… странно, – выдохнула я у его уха.

Кристоф несколько раз обвел палец горячим влажным языком и выпустил его изо рта. Он перехватил мою руку, прижимаясь губами к запястью.

– Это называется возбуждение, Алия.

– А ты… – не смогла я договорить и смущенно замолчала.

Кристоф снова откинул голову назад и закрыл глаза.

– Каждое мгновение рядом с тобой.

От признания перехватило дыхание. Получается, он тоже испытывает это всепоглощающее томление? Постоянное желание быть рядом, прикасаться? Намылив плечи Кристофа, я задела пальцами шрам и вспомнила о масле, которое захватила.

– Я принесла масло, которым ты лечил мои порезы! Думаю, если нанести его на ногу, оно тоже поможет.

– Это лишнее, – Кристоф поморщился.

– Ты пробовал?

Он открыл глаза и посмотрел на меня снизу вверх.

– Нет.

– Вот видишь! – я встала с табурета. – Вылезай.

Кристоф тяжело вздохнул, а я пошла в комнату. Скинув с кровати покрывало, взбила подушку и взяла в руки склянку с маслом. Я держала её между ладоней, чтобы согреть, когда Кристоф вышел из ванны. Ниже пояса он был замотан в простыню.

– Что прикажете делать, госпожа целитель? – он посмотрел на пузырек в моих руках.

– Ложись!

Я показала ему на кровать, а сама уселась на край. Кристоф вытянулся во весь рост и закинул руки за голову. Мой взгляд прилип к красиво очерченным мышцам груди, потом скользнул ниже, пока не добрался до поврежденной кожи на ноге. Шрам выглядел как застарелый ожог, и я приподняла простыню, чтобы понять, где он начинается.

– Кхм-кхм, – поднимать пришлось достаточно высоко, поэтому я неловко откашлялась. – Я помажу.

Я заозиралась в поисках пузырька, схватила его, едва не уронив, а потом вылила целую лужу на ладонь.