А если коснусь вот этого очень чувствительного розового соска, он в считаные мгновения соберется в тугой шарик, а твое дыхание участится, и глаза заблестят от проснувшихся желаний…

– Олли-и-и-и, – протянула Эрин, откинувшись мне на плечо, таким томным, безумно чувственным голосом, что меня как кипятком окатило, и рука сама потянулась воплотить в жизнь фантазии. Моя ладонь скользнула по животу вверх и накрыла грудь малышки, нежно сжав. – Мне уже неудобно сидеть, знаешь ли, – с тихим смешком заметила она.

– Ничего не могу поделать, чудо мое, мои желания сильнее меня, – шепнул, прихватив губами мочку маленького уха. – И тебе придется с этим смириться, – добавил я вкрадчиво, пощекотав языком чувствительную шею.

– Хулиган… – выдохнула она, прикрыв глаза и довольно улыбнувшись. – Твой братец такой же темпераментный, а? А то я что-то напрягаться начинаю…

Теперь уже тихо рассмеялся я, мои пальцы продолжали поглаживать розовую горошинку – то, что Эрин не возражала, заставляло сомневаться в правдивости ее слов. Не пугал ее ни темперамент Йена, ни мой, она просто дразнила. И это кто еще хулиганит.

– Не надо напрягаться, – мягко ответил я и пробежался пальцами второй руки по такому соблазнительному животику.

Она охнула, дернулась и хихикнула.

– Темный!.. – Эрин несильно хлопнула по моей шаловливой конечности.

– Хочешь Йена дождаться? – не удержался я от ехидного замечания.

– Мм, может быть, – протянула малышка игриво и закинула изящную руку назад, обняв меня за шею.

Ну и кто тут из нас провокатор? Ответить не успел, появился Йен с подносом. Помимо любимых блинчиков Эрин, я увидел глубокую вазочку с вареньем из соаров и тихонько выдохнул, не сводя с нее взгляда. Помнится, на самом первом свидании меня посещали всякие интересные мысли, как можно использовать лакомство, так почему бы не осуществить их прямо сейчас? Светлый, поймав мой взгляд, что-то в нем увидел, хмыкнул и поставил поднос на кровать, устроившись рядом и облокотившись на спинку.

– Уже начали развлекаться? – Йен поднял бровь, но в серебристом взгляде сквозило веселье.

– Ревну-у-уешь? – протянула негодница, томно выгнувшись в моих объятиях самым бесстыдным образом.

Как же нравилась ее проснувшаяся смелость! И, похоже, Эрианор сама находила удовольствие в том, что не стеснялась больше своих желаний, делала то, чего хотелось. И судя по загоревшимся глазам Йена, ему поведение нашей малышки нравилось не меньше. Хм, сдается мне, к Лесным мы отправимся, дай Иррох, к обеду…

– Нет, завидую. – Наклонившись, Светлый обнял Эрин, настойчиво потянул к себе, и пришлось отпустить – не сильно расстроился, поскольку для задуманного с вареньем все равно требовалась свобода действий. Брат усадил лианоссе между ног и довольно ухмыльнулся.