Эм, коварная фантазия тут же услужливо подсунула картинки, как именно можно начать будить эту любительницу посмотреть сны подольше. Вспомнилось, как она вчера отзывалась на ласки, таяла в наших с Йеном руках… Ох, неужели Эрин все-таки здесь, рядом, и наконец-то никуда не исчезнет?! Мечтательно улыбнулся, осторожно убрав прядку с лица лианоссе – она сморщила носик, но не проснулась.

– Можно попробовать, – отозвался я, моя улыбка стала шире.

Нет, маленькая, прости, но я слишком сильно хочу тебя, чтобы и дальше позволить так сладко спать.

Ничего не могу с собой поделать, сокровище мое, кто же виноват, что ты оказалась такой страстной и смелой, что решила вчера пойти до конца! Я медленно, едва касаясь, провел подушечками пальцев вдоль руки, от округлого плеча до тонкой кисти – помню, запястье у Эрин такое чувствительное… Йен хитро прищурился, понимающе усмехнулся, глянув на меня, и придвинулся ближе к разноцветной. Его губы коснулись основания шеи, малышка несильно вздрогнула, и ее ресницы затрепетали, до меня донесся тихий вздох. Не проснулась. В самом деле так крепко спит или притворяется, вредина маленькая? Во мне проснулся азарт и желание снова увидеть, как ее чудные глаза затуманиваются от удовольствия. Моя ладонь нырнула под одеяло, легла на гладкое бедро, погладила, провела до самого верха и замерла на округлой попке. Эрин сонно пошевелилась, я замер с колотящимся сердцем – признаться, кольнула беспокойная мысль, что… вдруг она проснется не в настроении?.. Йен между тем продолжал целовать шею и спину Эрианор, неторопливо, нежно, и меня от этого зрелища бросило в жар – а еще от того, как малышка чуть выгнулась, уже сквозь сон, видимо, чувствуя, что происходит. И при этом сильнее прижалась ко мне.

– Эри-и-и-ин, – тихонько позвал я, мои пальцы погладили то, на чем лежали.

– А-а-а-а?.. – протянула она, наконец открыв глаза, и посмотрела на меня.

О-у-у-у, какой у тебя сексуальный голосок с утра, чудо мое, хрипловатый, низкий, мягкий…

– С добрым утром. – Я потянулся к губам Эрин, собираясь запечатлеть на них легкий поцелуй, но…

Кажется, я зря волновался, что у кого-то не будет настроения.

Шаловливый язычок тут же принялся дразнить, вынуждая сделать поцелуй глубже, настойчивее. Я запустил пальцы в разноцветные волосы на затылке Эрин, безжалостно растрепав косу, а почувствовав, как моя птичка с готовностью прижалась еще ближе, чуть не потерял самообладание окончательно. Уф… Как же сладко целовать ее, кто бы знал!

– С добрым, – проворковала она, когда я собрал волю в кулак и оторвался от малышки – с превеликой неохотой, надо признать.