Через минуту послышался хлопок двери, и мне навстречу выбежала женщина в переднике и сером чепце, в руках она держала корзину с белыми пионами.

— Ах, это вы? — защебетала она, заправляя под чепец выбившиеся русые прядки. — Хозяйка ждет вас, проходите.

Я пожелала ей доброго дня и представилась. Служанка нейры Мирилис выглядела молодой и бойкой, и едва заметные морщинки в уголках глаз и губ говорили о том, что лет ей больше, чем может показаться на первый взгляд.

— Меня зовут Лалли. А хозяйка в доме, на веранде.

Она провела меня тропинкой, вдоль которой высилась цветущая жимолость. От сладкого аромата даже голова закружилась. Под навесом за плетеным чайным столом восседала сама хозяйка с изящной чашкой. Женщина выглядела миниатюрной и сухой, как старое деревце. Лиловое платье со шляпой в тон на седых волосах, милая улыбка, живой приветливый взгляд — как бы сказали в моем мире “старушка божий одуванчик”.

Хм, в чем же подвох?

— Вы, должно быть, Аннис? — королевским жестом она поставила чашку на блюдо. — Истен связался со мной по артефакту и предупредил о вашем приходе. Давненько ко мне не захаживали молодые целители.

Изучающий взгляд прошелся вверх-вниз. По глазам нельзя было понять, понравилась ей то, что она видит перед собой, или нет.

— Рада знакомству, нейра Мирилис, — я сложила руки на животе. — Благодарю, что согласились приютить меня. Я пока не совсем целитель, но в ближайшем будущем намерена освоить это сложное и важное искусство. Как и ментальную магию.

Бабуля слегка наморщила лоб, когда я упомянула менталистику, потом приторно улыбнулась и пригласила присоединиться к ней за столом.

— Что ж, это хорошо. Всегда выгодно иметь под рукой знакомого целителя. Женщина я уже старая и немощная, то страдаю мигренями и бессонницей, то магические каналы барахлят и радикулит мучает.

Что-то мне подсказывает, что она лукавит. Была у меня похожая соседка, которая жаловалась на стенокардию и давление под двести, но при этом бегала за уходящим автобусом, как опытный спринтер.

— Разве магия не может устранить эти проблемы навсегда? — задала я волнующий вопрос.

— Ох, дорогая! Всякая магия имеет свою цену, — нейра бросила снисходительный взгляд. — Если в молодости она дарует силу, то в старости беспощадно взымает плату.

Бабуля стянула атласные перчатки и показала шелушащиеся руки, испещренные глубокими морщинами, усеянные коричневыми пятнами и набухшими узлами вен. Но еще они были покрыты следами, будто когда-то их сильно повредил огонь. В своем мире даже у девяностолетних я не видела таких рук.

— Это все из-за магии? — спросила я, подавив жалостливый вздох.

— Выгорание у магов — частое явление, — она надела перчатки обратно. — Мы можем долго оставаться молодыми, а потом стареем буквально за пару лет.