– У меня такое впечатление, что он и рад был бы что-то отдать, но у него этого не было. Квартира, за исключением дивана и стола с компьютером, пуста. Если только от профессора не требовали какую-то молекулу, которую тот хранил в дупле своего коренного зуба, то преступники могли найти это в квартире и без профессорской помощи.

Убивать же его изначально не хотели. Идущие на убийство обязательно несут с собой что-то, что можно использовать в качестве орудия убийства. А рассчитывать на то, что убийство будет совершено каким-либо предметом, найденным на месте будущего преступления… – Кряжин снова покривился и цокнул языком.

 – Только не говорите мне, что так было сделано специально, чтобы я сейчас думал именно в этом направлении. Головацкого шли не убивать, а убеждать – раз, и шли знакомые ему люди – два.

Желябину это перестало нравиться.

– Вы хотите сказать, что Пикулин не причастен к произошедшему?

– Разве я это говорил? – удивился Кряжин, гоняя перед собой висящий слой дыма. – Разве я говорил, что Пикулин – не знакомый Головацкого или что это не он дробил пальцы профессора и полосовал его горло? У вас-то с формальной логикой, надеюсь, дружба? На бутылке коньяка, найденной в кармане дубленки профессора, «пальцы» таксиста.

Можно исключать, что они стали знакомыми после совместного распития?

– Не выходит, – врезался в разговор криминалист. – В желудке Головацкого около трехсот граммов коньяка. Это указано в одном из заключений. Что-то около двухсот осталось в бутылке. Таким образом, Головацкий пил один.

Кряжин взорвался своим хриплым, для многих неприятным хохотком.

– «Таким образом»… А если я сейчас предположу, что Головацкий с Пикулиным выпили две бутылки коньяку и перед вами остатки второй? Бросьте шалить, младший советник юстиции…

Переходим к следующему.

От нас скрывается таксист Пикулин, это очевидно и бесспорно. Более того, он проявляет при этом недюжинную смекалку и осторожность. Помните его звонок Сопьяну? Я уверен, что Пикулин делал его от своего дома, наблюдая за тем, какие последствия вызовет его звонок. И когда мы выбежали из подъезда, как напуганные егерем лоси, он все понял."

"Теперь скажите мне… Да распахните вы окно к чертовой матери!… – Находиться в этом задымленном помещении дальше было уже действительно невозможно.

 – Теперь скажите… Если Пикулин не был в квартире Безобразовых, а только довез клиента до дома, тогда что заставляет таксиста скрываться и просить сменщика разрешения переждать у него какое-то время? Как квалифицировать его поведение?

– Что-то в его поведении вызывает подозрение, – сказал криминалист. Говорить такое в присутствии Кряжина – это означало окончательно испортить о себе мнение.