Будь уверен в том, что ни один из Пересмешников не вернется.

Его госпожа взглянула на Красную Верховную жрицу и добавила:

— Мой приказ — атаковать только тех, кто угрожает тебе или школе.

— Да, Жрица.

Он поклонился ей и пошел прочь, прямо через дверной проем в ночь, слыша, как Красная Верховная жрица все еще защищает своего супруга. Она тоже враг, хотя его госпожа сказала, что другой разновидности — той, которую можно использовать.

Аурокс обдумывал сплетения всех, кто противостоял Неферет. Она объяснила ему, что, в скором времени, все эти недолетки и вампиры или подчинятся ей, или будут уничтожены.

Его госпожа с нетерпением ждала этого дня. Аукрокс так же ждал его."

"Он сошел с тротуара, двигаясь в правую сторону, к краю главного школьного здания. Аурокс старался держаться подальше от мерцающих газовых фонарей. Инстинктивно он предпочитал глубокие тени и темные углы. Его чувства были всегда начеку, всегда в поиске. Поэтому было странно, что бумажная салфетка так застала его в расплох. Она была белая, простой прямоугольной формы. Она плыла по ветру перед ним, порхая, словно птица. Аурокс остановился и потянулся, вылавливая ее из ночи.

""Так странно, — подумал он, — плавающая бумажная салфетка."" Неосознано он сунул ее в карман джинсов. Не обращая внимания на странное, дурное чувство, он продолжал идти.

Её эмоции достигли его как только он сделал ещё два шага.

Печаль — глубокая, давящая скорбь. И вина. В её чувствах так же ощущалась вина.

Аурокс знал, что это молодая Верховная жрица- недолетка… Зои Редберд. Он убеждал себя, что приблизился к ней только потому, что было бы мудро понаблюдать за своим врагом. Но как только он подошел ближе — все её чувства захлестнули его — что-то непредвиденное случилось с ним.

Вместо того, чтобы поглощать её эмоции и насыщаться ими, Аурокс поглощал их и чувствовал.

Он не изменился. Не начал превращаться в более могущественное существо.

Но вместо этого, Аурокс просто чувствовал.

Горе Зои влекло его вперед, и, когда он стоял в окружавшей его тени и смотрел, как она рыдала, ее эмоции перетекли в него, собравшись и объединившись в маленьком, тихом, скрытом месте, глубоко внутри его души. Когда Аурокс поглощал печаль Зои, чувство вины, одиночества и отчаяния, что-то зашевелилось в нем в ответ.

Это было совершенно неожиданно и абсолютно неприемлемо, но Аурокс хотел утешить Зои Редберд. Этот импульс был настолько чужд ему, что его невероятно потрясло это безотчетное движение, будто его подсознание управляло телом.

Он шагнул из темноты, в тот же миг она шевельнулась, прижав ладонь к месту в середине груди. Она заморгала, очевидно, пытаясь увидеть сквозь слезы, и ее глаза нашли его. Она выпрямила свое тело и осмотрелась, она была на грани того, чтобы убежать.