— Я не чувствую его… без тебя, Люба.

Молчит и немного хмурится, а у меня сердце то ускоряет бег, то замедляет. Руки — мокрые и холодные.

— Я не чувствую жизни без тебя, Люба.

— Очень красиво звучит, — прищуривается.

По телу прокатывается дрожь отчаянного напряжения. Я делаю признание за признанием, но она не верит мне.

— Люба… Я не смогу без тебя…

— Сможешь, — вздыхает.

Делаю глубокий вдох, вглядываясь в терпеливые глаза Любы. Кто я без нее?

Наглый, лживый, зарвавшийся мужик, у которого будут деньги, связи и бизнес, но не будет сердца.

— Без тебя… мне будет… никак…

Уйдет Люба, то уйдут и чувства. Я потеряю ориентир, и пойду по легкому пути, на котором я сделаю многим больно, и буду считать себя правым, но в итоге я останусь один.

Разве этого я хочу?

Нет.

Я встаю, и Люба приподнимает бровь. Я хочу почувствовать ее рядом. Хочу почувствовать ее тепло. Хочу согреться.

— Богдан, — шепчет Люба, когда я решительно шагаю к ней, — давай ты хорошенько подумаешь прежде, чем делать глупость.

Она резко замолкает, когда я опускаюсь на пол у ее ног и кладу со вздохом облегчения голову ей на колени.

Теплая и такая родная.

— Без тебя смогу, но не так, как смог бы с тобой, — закрываю глаза.

Закричит и оттолкнет?

От затылка до копчика пробегают теплые и сладкие мурашки, когда Люба касается моих волос, и я готов низко и утробно замурчать от нежности, что накрывает меня с головой.

— Со мной будет сложно, Богдан, — шепчет Люба. — Быть разведенным козлом легче. Я ничего не буду требовать. Не буду ничего ждать.

— Требуй, Люба, — прижимаюсь щекой к ее колену, — и жди. Будь моим сердцем.

Глава 61. Мы есть другу друга

Сейчас я чувствую, что Богдану нужна. Пробегаю пальцами по его коротким мягким волосам и касаюсь его теплого уха.

Без меня он не сопьется и не обеднеет. Без меня его душа разорится. Да, звучит очень пафосно, но это так.

Его упрямство обратится в жестокость и равнодушие. Если ему не напоминать, не держать за руку на пути жизни, то Богдан растеряет все чувства и станет одним из тех, кто находит смысл лишь в деньгах, успешных контрактах и жестких переговорах, в которых он будет морально уничтожать оппонентов.

Вероятно, он станет еще богаче. В его жизни появятся красивые продажные женщины, которые не будут задерживаться, лимитированные тачки, встречи с такими же эгоистичными и богатыми засранцами и многие другие удовольствия, которые далеки от совести, любви и привязанности.

И Богдан идеально впишется в эту картину дорогих соблазнов и эгоистичной жизни: в нем есть та искра тьмы, которая может обратить его в прекрасное чудовище без принципов.

Неужели я позволю хорошему отцу, заботливому мужу стать жестоким и холодным мерзавцем в окружении голодных дамочек и завистливых стервятников.