Она не принадлежала ему по закону, не проходила ритуала, и он сдержался, не стал выплескивать накопленную энергию — представлял, чем все для нее закончится. Но и без этого получил такое удовольствие, какого никогда не испытывал ни с одной наложницей. Впрочем, на следующее утро, поразмыслив на трезвую голову, решил, что девушка здесь ни при чем — просто первая в его жизни сирра. Райс объяснял, что с ними все иначе, не так, как с простолюдинками. Скоро у него появится наида, и все повторится. Нет, будет лучше. Арвит привез на День выбора воспитанницу, она необыкновенно хороша, не то что это бледное недоразумение…

Мужчина выдохнул и снова склонился над тетрадным листом.

«Есть поступки, за которые мне до сих пор стыдно, но вы должны знать о них, чтобы избежать тех же ошибок».

Строки ровно ложились на бумагу, а он продолжал вспоминать…

Встреча перед самой помолвкой. Тогда его все раздражало. Он подозревал Эктара в хитрой многоходовой интриге, негодовал, что Катэль позволила втянуть себя в грязные планы Ритана. Надеются, что он сжалится над умирающей и введет в свой дом эту расчетливую девицу? Собираются им манипулировать? Не выйдет. Досадовал, свирепел и… никак не мог отделаться от желания ее увидеть. Так и не сумел забыть ощущение шелковистой кожи под пальцами, нежность подрагивающего под его напором рта, вкус поцелуя.

Не выдержал, пришел… Что-то презрительно цедил, обвинял, требовал признаний, а сам не выпускал Кэти из объятий, опьяненный упоительным ароматом и таким манящим теплом. А потом прикоснулся к губам, и его точно молнией пробило. В паху стало тяжело и горячо, а кровать в этой убогой комнатушке показалась самым подходящим местом, чтобы овладеть девушкой. Взять ее немедленно, сейчас… Он тогда практически сбежал, чтобы не поддаться искушению.

«Я чуть не упустил свою судьбу. Екатерина Уварова — так ее звали, но в ту пору я этого еще не знал».

Помолвка… Он не успокоился, пока среди всех присутствующих в зале не отыскал взглядом маленькую худенькую фигурку, и страшно на себя разозлился, когда понял это. Танец Эоноры, влечение, которое почувствовал к невероятно красивой воспитаннице Арвита, обрадовали, принесли странное удовлетворение. Слава Горту, наконец-то он забудет все, что случилось прошлой ночью. А поцелуй в саду окончательно убедил — все идет так, как надо, он сделал верный выбор."

"Он до мельчайших подробностей помнил, что произошло потом, когда церемония дарения продолжилась… Вот Кэти, пошатываясь, вышла вперед… судорожно сглотнула, подняла глаза и, глядя сквозь него, начала говорить. Он слышал слова, но не понимал их смысла, да это и не было важно.