— Утешающая и Карающая, — пробормотала я, вспомнив свои сны."

"— Да, — согласилась Верховная и властно вскинула руку, останавливая уже открывшего рот Вольпена. — Почему их так называли и как они избирались, узнаете позже. Сейчас главное, чтобы вы поняли: избранные наделяются огромной властью, могуществом и способны противостоять даже своему творцу, особенно если действуют сообща. Поэтому так важно не ошибиться в выборе. Нэталина стала моей ошибкой — первой и, надеюсь, последней. Слишком дорого пришлось заплатить за этот просчет. И мне, и всему миру.

ГЛАВА 19

Снова перед нами замелькали сцены из давным-давно забытой, «довоенной» жизни Эргора.

Рядом восхищенно ахнула Кариффа, рассматривая розово-пурпурную Эфраду — разноцветные дорожки в тени фруктовых деревьев, стены, украшенные изящным цветочным орнаментом, балконы, портики, колонны, затейливое кружево мостиков — и двух закадычных подружек, спешащих куда-то по своим делам.

— Нэтта была самой одаренной из Младших, да и из Старших тоже, и по своим способностям как нельзя лучше подходила для роли Карающей. Казалось, для нее нет выше счастья, чем служить своей богине и своему миру.

Сияет яркими красками чудесный белоснежный храм…

Взлетают к потолку взволнованные радостные голоса…

Девушки спешат на церемонию Наречения, и среди них она — Младшая жрица Верховной. Пока еще Младшая…

— В тот день Нэталина получила титул Нареченной Ночи, стала одной из двух избранных устами богини Сва, а потом… предала. Меня, подруг, собственный круг и весь Эргор. Ради мужчины, который даже не любил ее, а просто использовал.

Голос Верховной теперь звучал сухо и отчужденно. Она говорила быстро, рвано, словно стараясь поскорее закончить важный, но очень неприятный для нее рассказ.

— Горт познакомился с ней еще до смерти отца, сразу, как только девушка заняла место наместницы Сэйти Аэрэ. Я знала об их тайных свиданиях, но никогда не препятствовала — после закона императора Дагара саэры и жрицы могли встречаться лишь украдкой, скрываясь ото всех. А когда поняла, что задумал Айар, было поздно. Нэталина уже отреклась от меня и отдала любовнику.

«Ты отдашь мне свою богиню, жрица?» — донесся издалека глубокий уверенный голос. И я вдруг так явственно увидела исполненную превосходства улыбку, лукавые глаза цвета агата, растрепанные ветром темные волосы.

Вновь почувствовала на своих губах жадные требовательные поцелуи. Так вот почему Горт показался знакомым, это он приходил тогда в мой сон.

Грудь словно огнем обожгло, и я тихо ойкнула, невольно накрыв рукой медальон.

— Что случилось? — тут же подобрался обеспокоенный Теомер. — Тебе больно? Почему?

— Кэти? — хрипло вторил ему Вольпен.

— Все в порядке.

Нарочито небрежно потерла кожу. Ох уж эта эмпатия.