Все присутствующие уже были в курсе того, что новый договор Содружества не подписан и война с Самаконой не за горами. Кажется, они и так начали понимать, но я задала последний вопрос:

— А сколько самаконских воинов способен положить воздушник-боевик Олленс, будь он четвертого разряда?

Молчание мне было ответом. Я и сама знала: много.

— Вы, — всколыхнулось во мне вновь черное озеро, растекаясь по венам. — Вы сами отрекаетесь от единственного преимущества Империи. Магия практически ушла из Самаконы, а теперь вы, блюстители благородной крови и толстого кошелька, своими руками душите нашу единственную силу.

Пока еще действенную, но что будет через десять лет, когда все эти Олленсы вместо того, чтобы сражаться за вас, будут максимум вызывать проливной дождик, потому что большего лицензией им не положено?!.. Вы идиоты, господа. Когда же вы поймете, что магия не имеет ни сословий, ни состояний?..

Я даже не заметила, как на кончики пальцев прорвалось сырое черное пламя. Давненько уже такого не было, чтобы бесконтрольно… Последние два месяца его сдерживал Свет, а тут само, без моего желания.

Члены совета молчали, но я и так знала, что мои слова не прошли впустую.

— Объявить с этого года повторный набор для состоявшихся магов, желающих повысить квалификацию. Пересмотреть систему оценок на экзаменах — это оставьте преподавательскому совету, им виднее. Организуйте практику каждому студенту на летние каникулы, а не выборочно. По их желанию, разумеется. Но достойную и, главное, оплачиваемую. Организуйте бесплатный переезд в город и обратно по воскресеньям — младшие тоже заслуживают отдых, но даже извозчика не все могут себе позволить. И да, последнее.

Все студенческие отработки и штрафы должны идти только на пользу самой Академии и самим студентам. Никаких больше прислуживаний совету, как сегодня. Я достаточно увидела, — покосилась я на того типа, что счел меня и Станку «смазливенькой» и не постеснялся распустить руки.

— Ваша светлость, — я услышала, с каким трудом дались эти слова арну Цольдерсу. — В таком случае, если мы достигли взаимопонимания, наверно, стоит устроить амнистию для всех провинившихся студентов?

— Разумеется, ваша светлость, — с готовностью ответила я.

 — Все, кто был наказан прислуживанием здесь, освобождаются от повинности. А те, кто отбывал наказание на благо Академии — пусть продолжают.

Если принцу было не зазорно отрабатывать штраф, то кронпринцессе — тем более. Я вдруг поняла — Виларию вообще не жалко.

Никого не жалко.

Глава 7

Из-за затянувшегося собрания попечительского совета я пропустила первое занятие — сомнологию. В принципе, и грорш с ней. Ничего полезного я от этого предмета не ожидала, так, добавила в расписание из чувства противоречия.