Вы теперь свояк императора, как-никак… Кстати, примите поздравления!

Гости зашумели, одобрительно хлопая дородного блондина по плечу. Арн Цольдерс, значит. Отец Виларии Цольдерс, ныне супруги наследника престола. Зазвучали возгласы с поздравлениями.

— Господин Цольдерс, так Вы же были при дворе на празднестве! Это не та Рен, что за самаконского щенка выходит?

— Да нет же! — перебил кто-то. — Я там тоже был, за южанина выходит унвартка из Леса. Сам видел! Баба в штанах да при оружии, последние времена настали… Впрочем, что с дикарей взять…

— А Рен эта тогда откуда взялась?.. Погоди, ты что несешь, унварты же с людьми не могут! Как ее южанин мог за себя взять?

— А ты вот Мейнерса спроси! — захихикали в ответ. — В его заведениях каких только тварей нет, наверняка и унвартки найдутся, там и проверишь!

— Да был я там! Одни полуорки из тварей. И те страшные, что весенний грорш… А зазывают-то! Мол, нелюди на любой вкус! А за эльфиек и вовсе беглых самаконок выдают: парик белый напялят да на уши воск налепят… Тьфу!

Разговор скатился на столичные бордели. И это уважаемые люди, попечители Академии?!.. Я смотрела на них и ужасалась с их цинизма и пошлости.

— Дорогуша, не стой столбом, вина мне принеси, — больно ущипнули меня за бок. — Хоть смазливеньких на этот раз согнали. Знаете, господа, а я рад, что Шентию наконец убрали. Право же, никакого веселья с ним не было на этих встречах…

Внутри всколыхнулось что-то. Уже почти забытое, злое. Глухо заворчало, не сдерживаемое больше. Нечему его уравновесить, погасить. Кажется, встреча займет чуть больше времени, чем я планировала…

— Студенты, — в моем голосе вдруг прорезалась незнакомая властность. — На выход."

"Как ни странно, услышали все. Вроде тихо сказала, а Станка бросила на меня короткий взгляд и как-то враз все поняла, вытолкав провинившихся бедолаг за дверь и закрыв ее за собой.

— О-оо, господа, похоже, нас ждет сюрприз от первого курса! — развеселился один молодой и неприятный тип в кружевной рубашке. — Синий мешок — это же первый, да? А, не важно… Ну-ка, повернись, милашка… Не бойся, тут люди щедрые… Как тебя зовут?

Я не стала утруждаться с ответом. За меня мое имя прошептали тени, возникшие моей полной черно-серой копией рядом с членами совета. На каждого хватило. Каждому в ухо влетел холодящий шепот: «Ардинаэль Рен».

— Для вас — арнаи Рен, — добавила я, садясь во главу стола в наступившей тишине.

Даже арн Шентия — человек, уверена, более чем лояльный и справедливый к студенческой братии, хоть сам он этого не признавал и открыто говорил, что не намерен «нянчиться» — не мог знать все их потребности. Пусть и сам был когда-то студентом, пусть провел здесь долгие семь лет, но его титул все равно открывал неизмеримо большие возможности для учебы.