Просто затоптал авторитетом. Они — теневые, он — тоже. Всё по уставу.

Но мало заставить, надо замотивировать и желательно едой. Потому Ломтик телепортировался, выбрав точкно назначения продовольственное место. А именно банкетный зал Семибоярщины — шик, блеск и жареная пекинская утка.

Ломтик высунулся из тени под длинным столом, осмотрелся. На столах дымилась мраморные блюда, сверкали столовые приборы, высились башни закусок.

Празднество еще только готовилось, и присутствовали в зале только семеро бояр.

Годунов явно нервничал:

— Всё почти готово к приёму гостей.

Надеюсь, этот вечер пройдёт хорошо.

Трубецкой вставил с гордостью:

— Мы покажем, что Семибоярщина ещё богата! Что мы готовы бросаться роскошью и устраивать царские банкеты!

А Хлестаков нервно пробормотал, вертя бокал:

— Надеюсь, сработает, и нам дадут кредит, потому что больше таких банкетов мы себе позволить не сможем. Мне нужно заключать контракты, а иначе скоро пойду по миру.

Бояре, продолжая переговариваться, вышли из зала, не заметив маленького наблюдателя под столом."

"Пока официанты не вернулись, а гости ещё не в зале, Ломтик решил — пора.

Это идеальный момент. Он тявкнул один раз — и из его тени, как из чернильного фонтана, вырвалась целая стая теневых гарпий. Как чума черная когтистая туча накинулась на столы и мебель. Шторы рвались, обивка кресел разлеталась в стороны, столы с треском гнулись и крошились под ударами, превращаясь в искорёженные останки пира. Гарпии вцеплялись в пекинскую утку, проглатывали целиком, не задерживаясь, тут же переключаясь на закуски, которые растаскивались в клочья и исчезали с подносов.

Ровно через пару минут Ломтик снова тявкнул.

Гарпии послушно нырнули обратно в тень. Следом и сам он подпрыгнул смешно подпрыгнул и втянулся, как ртутный шарик.

Но, конечно же, он не удержался и высунул нос.

И как раз в этот момент в зал врываются гвардейцы. Следом — Семибоярщина.

Годунов, оглядывая разгром, взвывает:

— Что тут произошло⁈ Что за кошмар⁈ Где еда⁈

Трубецкой, хлопая глазами, едва не спотыкается о порванную скатерть:

— Почему даже шторы съели⁈ Кто ел шторы⁈ Это была ручная работа!

Хлестаков, бледнея, бормочет себе под нос:

— Всё… теперь нам точно не дадут кредит.

Ни один банк не даст…

И тут, словно ножом по стеклу, раздаётся холодный, чёткий голос дворецкого:

— Ваше боярство… прибыли гости.

Годунов застывает на месте, глаза закатываются — и он падает в обморок, как подкошенный.

А тем временем, в глубине тени под столом, Ломтик довольно скалится и облизывается.

Стая сыта. Миссия — выполнена.

* * *Ну вот этого я, признаться, как раз ожидал. Стою себе посреди Арктики, ветер в лицо, черные кожаные ботинки блестят на северном солнце.