Я сужаю глаза, почему-то чувствуя, что он утаивает информацию от меня.

С другой стороны, он близок с Джереми, так что, конечно, он будет на его стороне, а не на стороне Ани. Но почему мне кажется, что в этой истории есть что-то еще?

Он снова закрывает глаза.

— Теперь спи.

— Но я не хочу спать.

— Спи или я тебя трахну. И это будет не нежный трах. Я заставлю тебя кричать, а потом заглушу твой голос, чтобы никто не услышал.

Я глотаю, но это не от страха. Мое ядро сжимается, а удовольствие между моих бедер.

Глубоко внутри этого мужчины скрывается хладнокровный монстр, который часто заманивает его на край. Он говорит, что я удерживаю его от падения.

До меня он был бесцельным монстром.

Теперь он — мой монстр.

И та первая нестандартная встреча была тем, что держит меня на плаву по сей день.

Я была слишком вялой, слишком не в себе, чтобы даже думать о ком-то. Я ненавидела жизнь и себя, и это событие вернуло мои чувства в болезненной вспышке."

"Мой психиатр сказал бы, что я нахожу себе оправдания. А я говорю: я нашла себя через этого дьявола.

Не всем девушкам нравится герой. Мне суждено было влюбиться в злодея.

Потому что я знаю, просто знаю, что он поставит меня выше всех. И себя в том числе.

Поэтому я хватаю его лицо и прижимаюсь губами к его губам. Обычно я не так откровенна в вопросах секса или привязанности, в основном потому, что мне нравится, когда он берет то, что хочет.

Так мы функционируем.

Но сейчас я хочу поцеловать его, показать ему, что даже если я буду бороться, я никогда и ни за что не хотела его.

Всегда хотела.

Всегда.

Он ворчит, прикусив мою нижнюю губу, а затем переворачивает нас, обхватив рукой мое горло.

— Я дал тебе выход, но ты отказалась. Теперь ты в полной заднице, детка.

— Кто сказал, что мне нужен выход? — Я ухмыляюсь.

— Это моя девочка. А теперь скажи мне то, что я хочу услышать.

Моя ладонь касается его щеки.

— Я твоя, мой монстр.

— И я твой, маленький кролик.

И тогда он показывает мне, насколько мы принадлежим друг другу.

Эпилог 2

Киллиан

ДВА ГОДА СПУСТЯ

Я понял, что в нашей с Глиндон жизни слишком много раздражающих людей.

Точнее, людей, которые считают, что это отличная идея — украсть у меня ее время.

Мой уровень терпимости к этому медленно, но верно иссякает, и я не могу нести ответственность за ад, который разразится, когда я достигну своего предела.

На самом деле, этот предел был полностью нарушен около двух лет назад, вскоре после начала наших отношений, но я совершил ошибку, пообещав посмотреть на вещи с ее точки зрения.

В то время это было единственное, что могло заставить ее доверять мне настолько, чтобы быть со мной. Но теперь я должен признать, что ей действительно нужны друзья.

Что она хочет, чтобы ее признавали такой, какая она есть.