— Не он был третьим?

— Третьего я хуже разглядел. Двое вплотную ко мне подходили, автоматчик же стоял у передних дверей. Но фигура и замашки вроде бы моревские. С месяц назад в городском тире наблюдал, как он со своими охранниками стрельбой забавлялся. Из «калашникова» классно строчил.

— Спасибо, Федя, за помощь. Отдохни в машине, пока мы здесь головоломку будем решать.

После того как Жильцов вышел из кабинета, Бирюков спросил Тарана:

— Не изменился твой замысел, ради которого приехал?

— Напротив, еще больше окреп. Раньше я предполагал, что сыновья Алевтины Тарасовны были посредниками в организации нападения на «челноков», а они, оказывается, сами провернули эту бандитскую акцию.

— Неужели им в казино не хватало денег?

— Финансовое положение «Золотого петушка» в последнее время сложилось, прямо сказать, аховое. Задолженность по налогам составляет астрономическую сумму.

— Что это Алевтина Тарасовна так запустила бухгалтерию?

— Начальника налоговой инспекции у нас заменили. Молодой принципиальный парень лишил игорный дом всех неположенных льгот.

— Убийство Красноперова и Портнягиной меня озадачивает. Нет ли тут какой связи с нападением на автобус?

— По-моему, нет. Морев, похоже, хотел за счет богатого виноторговца поправить финансовые дела казино, но вышла какая-то осечка… — Таран пересказал содержание разговора с Ниной Большаниной. — Видишь, какая ситуация получается?..

— Ситуация туманная… — Бирюков задумался. — Неужели сам Вадим так жестоко расплатился с Красноперовым за проигранную любовницу?

— Больше некому.

— Но ведь кто-то же угнал у Корягина «ауди»…

— Угон этот — чистая имитация. Прятали машину у кого-то из надежных знакомыхв дачном поселке «Астра».

— Не у Пузырева ли?

— Оперативным наблюдением установлено, что Пузырь с бандитской группой не связан. Подозреваю одного из милицейских коллег, но пока зацепочки к нему не могу подобрать.

— Анатолий Викторович, — заговорил молчавший до этого Голубев, — на юбилейном торжестве хозяйки «Золотого петушка» за столиком в компании с Алевтиной Тарасовной и Пузырем сидел примерно сорокалетний внешне представительный мужчина. Как сказала Надежда Хрусталева — ныне Бормотова, то ли милицейский, то ли налоговый полицейский. Может, прокрутим видеозапись?

— Давайте, — живо отозвался Таран."

"Смотрели запись в лаборатории криминалистики. Цветное изображение на экране дисплея было четким, а умеренное звучание передавало интонации и оттенки голосов. Праздничное веселье шло своим чередом. Участники торжества сменяли друг друга, но никто из них не заинтересовал подполковника Тарана до той поры, пока оператор не навел объектив видеокамеры на столик хозяйки казино.