На практике же я, всего несколько раз воспользовавшись большим бассейном в доме Фирина, тестировал этот эквип и тренировался в погружении.

— Тройка Кодара прикрывает Гимли! — Грабер в очередной раз шёл мимо ряда уже облачённых в «водолазные костюмы» гномов. — Максимальный интервал — полтора метра. Факелоносцы не дальше пяти.

Факелоносцами назвали ту четвёрку гномов, которые шли не с основной цепью вдоль натянутой верёвки, а по сторонам от неё. Каждый из них переносил на спине тридцатисантиметровые светящиеся сферы. Нам же следовало внимательно следить за этими ребятами, так как на них в любом случае нападут первыми.

— Тронулись!

Я нахлобучил маску и несколько раз глубоко вздохнул, чтобы убедиться, что кислород поступает, затем взялся за верёвку и следом за остальными шагнул в воду.

Она была ледяной, но благодаря зачарованию артефактов ощущалась только небольшая прохлада, не доставляющая никакого дискомфорта.

Вода достигла груди, потом шеи — и вот я полностью оказался под ней. И в очередной раз порадовался своему «ночному зрению». Кроме меня, в отряде им обладали лишь шесть гномов, остальные же надеялись исключительно на факелоносцев.

Согласно договорённости, до подводной расщелины, откуда вылезла медуза, мы плыли очень медленно, над самым дном, и по пути дважды останавливались, отрабатывая тактику действий при нападении.

Получалось так себе. И не только у меня. Слишком уж отличалась скорость атаки под водой. О мечах и топорах пришлось забыть сразу — основным оружием стали копья и специальные арбалеты. На дальние дистанции они, конечно, стрелять не могли, но на десяти метрах сила была убойной.

Верёвка натянулась — это первый гном дал знак, что мы достигли тридцатиметровой расщелины. Дальше предстояло плыть или перебираться на руках по той же самой верёвке. Я предпочёл плыть и, по сигналу Грабера подойдя к краю и оттолкнувшись, активно заработал руками и ногами.

Вот тут «ночное зрение» сыграло со мной злую шутку. Те, у кого его не было, видели вокруг только темноту, пусть, возможно, и более плотную снизу. Моему же взгляду предстала уходящая вниз пропасть, но вот никакой уверенности в том, что в ней не живут другие медузы, не было.

Увиденное заставило меня поднажать, так что я достиг противоположной стороны одним из первых. А после того, как преграду миновали все, мы выстроились в тот же порядок и продолжили путь.

Грабер не давал расслабиться и примерно каждые сто метров устраивал новые тренировки, а на последнем участке пути имитировал нападение аж три раза подряд. И это давало плоды: мало того, что мы всегда были на чеку, но и взаимодействие с каждым разом становилось все лучше и лучше.