Так вот сейчас мне хотелось бы находится подальше отсюда вместе со всеми вами. Напомните своим людям, господин комендант, чтобы они нынче вечером не забыли помолиться!

Комендант взглянул на Ульвхедина и порадовался, что этот человек на его стороне. Мало кто пожелал бы иметь Ульвхедина своим врагом. Суровый облик, желтые кошачьи глаза! Удивительно, что у изысканного Тристана оказался такой родственник! Доминик тоже человек образованный, утонченный, знатный, это сразу видно. И жена его, красивая, загадочная, своевольная, ничем не уступает ему в изысканности. И вдруг Ульвхедин! Комендант заметил испуганные взгляды, которыми его люди награждали этого великана.

— Вы думаете, они придут? — спросил комендант.

— Они уже здесь, — ответил Доминик.

Комендант оглянулся по сторонам.

— Где? Они нас видят?

— Пока нет, — ответил Ульвхедин вместо Доминика. — Мы тоже их не видим. Только чувствуем их приближение.

Вдруг все замерли. По противоположному склону холма, там, где была тропинка, поднималась вереница людей в монашеских плащах с капюшонами. Они несли на плечах носилки, на которых лежала, по-видимому, спящая женщина.

Виллему почувствовала себя отброшенной в седую древность, ей показалось, что сейчас она услышит звуки бронзовых рожков. Но тишина ничем не нарушалась. Все происходило так бесшумно, что это представлялось им сном.

Послышался слабый шорох — люди, лежавшие рядом с Виллему, схватились за оружие.

— Не двигаться, пока я не подам знак! — приказал комендант.

Виллему надеялась, что залегшие впереди солдаты, сами это поймут — слышать приказ коменданта они не могли.

В ярком свете луны они насчитали восемь человек, все были высокого роста. Весенняя ночь не была особенно темной, а благодаря луне все было освещено как днем. Неестественный синеватый свет, заливавший бугор, вызывал мысли о смерти.

— Ущипни меня, Доминик, — шепнула Виллему.

— Молчи, — тихо ответил он. — Ты и так не спишь. Но почему их только восемь? Где еще двое?

— А тот, который остался в колодце? Не хватает троих.

Виллему сама не понимала, почему от собственных слов у нее по спине побежали мурашки."

"Шествие достигло вершины бугра и остановилось. Носилки опустили на землю. Женщину подняли, и один из участников священнодействия обрызгал ее из рога.

— Пастор, — шепнула Виллему.

— Точно. Обрати внимание на человека справа от него. Он чего-то боится. И еще как боится!

Виллему не понимала, как Доминик определил это на таком расстоянии. Она видела, что тот человек был намного ниже других, хотя и крепкого сложения. Почему такого коротышку приняли в поборники?

— Я тоже этого не понимаю, — пробормотал Доминик.

Опять он прочитал ее мысли, ведь она ему ничего не сказала! Наверное, это свойство особенно обострилось у него нынешней ночью.