А вот ее убийцы не пожалели.

– Вам крупно повезло остаться в живых, Ульяна Сергеевна. Те же три пули могли достаться вам.

– Одно непонятно, – увлекшись, Ульяна всем телом развернулась к Богданову, – меня похитили в сентябре девяносто шестого, а Тыртычную убили в июле девяносто седьмого.

– Плюс-минус, – уточнил Богданов.

– Таким образом, – Ульяна посчитала на пальцах, – прошло почти десять месяцев.

– Думаю, что сначала преступники хотели обойтись бескровным способом, засадив ее в психушку."

"– Как видно, не обошлись. Хотелось бы знать почему? – Ульяна вдруг встрепенулась. – Мой психотерапевт работал в то время в психоневрологическом диспансере и вспомнил Тыртычную. Он обещал заглянуть в свои записи.

– А вот это удачно! – Богданов повеселел. – Как только поговорите с ним, немедленно позвоните мне.

– Теперь что касается моих похитителей. – Как ни старалась Ульяна отсрочить обсуждение этой темы, ей все же пришлось об этом заговорить. – Теперь ясно, что одним из них был Гуров. Хотелось бы знать, злым или добрым?

– Не понял. – Следователь посмотрел на нее. – Об этом вы не рассказывали.

– Когда я сидела взаперти, я слышала за дверью разговор двух мужчин. Один хотел меня убить и рвался в комнату, другой его не пускал.

Не сдержавшись, Богданов прошептал:

– Подонки.

– Как думаете, кто был вторым?

– Я обещаю вам, Ульяна Сергеевна…

– Просто Уля.

– Я обещаю вам, Уля, что разыщу второго мерзавца и, если он жив, накажу. – Чуть помолчав, он добавил: – Как и этого генерала.

– Спустя столько лет?

– Есть хорошая поговорка. – Богданов вел машину, склонив голову, как будто набычившись. – Как стараешься, так и выходит.

– Вы не поверите мне… – проговорила Ульяна. – Знаете, что для меня больнее всего? И Гуров, и Елена Петровна были друзьями отца, моими друзьями. И я привыкла считать их родными людьми. А они все эти годы знали и хранили эту постыдную тайну.

– Не мне вам рассказывать – бывает и не такое. Волей случая или судьбы вы оказались в клубке ядовитых змей, которые выдавали себя за ваших друзей. И если хотите…

– Что?

– Можно предположить, какую роль эти подлые люди сыграли в жизни и смерти вашего отца.

– Господи… – Ульяна резко замолчала, потом, прокрутив его фразу в голове, сказала: – Об этом я не подумала.

– Придет время, подумаете, – успокоил ее Богданов. – А пока нужно свыкнуться с тем, что узнали. Вы – человек бывалый, быстро в себя придете.

– По рассказам отца, в середине девяностых шел серьезный передел собственности и было несколько попыток рейдерских захватов «Технопласта». Гуров и Тягачев, по его словам, очень помогли. В благодарность или по какой-то договоренности он отдал им на двоих сорок процентов акций.