Она могла быть жесткой, как гвозди, но под этим она была мягкой, как растопленное масло.

Я оторвал от нее взгляд с огромным трудом, когда Лука посмотрел на меня, готовый передать ее мне.

Я протянул руку.

Лука сделал шаг вперед.

— Сегодня я дарю тебе свою дочь. Надеюсь, ты понимаешь, что это за подарок. Не заставляй меня пожалеть об этом, или пожалеть заставлю я тебя.

Я склонил голову. В этот день я ожидал от Луки не меньше, чем угроз, все остальное было бы огромным разочарованием.

Когда он наконец передал ее мне, и ее теплая ладонь коснулась моей, все мое внимание переключилось на нее.

— Тебе не хватает настоящей короны, — пробормотал я. — Потому что ты чертова королева, Белоснежка.

Она улыбнулась.

— Одной короны достаточно, и это единственная корона, на которую все обращают внимание.

— Забудь обо всех, обо всем, кроме нас.

Она кивнула, и, взявшись за руки, мы повернулись к пастору.

Когда я сказал «да», я вспомнил слова Амо о потере свободы, но, как и раньше, я не чувствовал себя менее свободным. Я с нетерпением ждал жизни рядом с Марселлой.

* * *Прежде чем мы отважились на поздравления, Марселла выглядела потерянной, ее взгляд был отрешенным, пока мы ждали снаружи, пока остальные гости выйдут из церкви.

Я наклонился к ней.

— О чем ты думаешь? Ты смотришь куда-то вдаль.

— О том, что я рада, что была достаточно смелой для нашей любви.

Я приподнял бровь.

— Неужели я такая рискованная ставка?

— Будто ты этого не знаешь.

Я пожал плечами с ухмылкой, сжимая ее руку, наслаждаясь ощущением моего кольца на ее пальце. Моя женщина.

С ней рядом я буду достаточно силен, чтобы игнорировать фальшивые поздравления и слащавые улыбки людей, рассматривавшие нашу связь как оскорбление того, во что они верили. Я проведу остаток своей жизни, злясь на них, выставляя нашу любовь напоказ перед их лицами. И, возможно, я случайно убью одного или двух. Я был уверен, что Маттео поможет мне избавиться от тел.

Марселла бросила на меня взгляд, который говорил, что она знает, о чем я думаю, и я сомневался, что она не станет возражать против того, что я избавлю мир от одного или двух членов ее расширенной семьи.

Глава 26

Марселла— Я знал, что она избежит традиции кровавых простыней.

— Конечно, она отдалась до брака.

— Шлюха.

Моя кровь бешено запульсировала в жилах. Я ожидала слухов, но услышать их из первых уст было совсем другое дело. Большую часть своей жизни я упорно старалась казаться идеальной в глазах окружающих.

Теперь весы в глазах людей перевесили. Мои неудачи весили больше, чем успехи. Я больше не была неприкасаемой.

Я взяла себя в руки и глубоко вздохнула. Их мысли не имели значения. То, за что они меня осуждали, не было тем, за что мне должно быть стыдно.