Однажды я ударила ножом солдата Братвы, который напал на наш дом в Хэмптоне, — она сказала это так легко, что я был уверен, что она шутит, но выражение ее лица не выражало никакого юмора.

Я покачал головой.

— Не могу этого представить, извини.

Она улыбнулась.

— Есть еще кое-что под поверхностью, чего ты не видишь.

— Что находится под поверхностью Марселлы? — спросил я с любопытством.

Я был достаточно уверен, что знаю Марселлу настолько хорошо, насколько вообще можно знать другого человека. То, как мы познакомились, и начало наших отношений просто раскрыли ее самые уязвимые, но и самые яростные стороны. Мало кому удается их увидеть.

Ария наклонила голову в сторону.

— Я думаю, что ты можешь видеть больше, чем большинство, и то, что ты еще не увидел, я уверена, что ты скоро узнаешь, если она этого захочет.

Я кивнул. Я прочистил горло, не зная, как сказать то, что хотел сказать уже давно.

— Я никогда не извинялся перед тобой за боль, которую причинил тебе.

Ария положила ножи, полностью повернувшись ко мне, ожидая, что я буду говорить дальше. Я надеялся, что это было не так.

— Я никогда не хотел причинить тебе боль, когда похищал Марселлу.

— Любая мать почувствовала бы боль, если бы ее ребенка похитили.

— Я знаю. Сейчас я это понимаю, но тогда я был так сосредоточен на мести, что все остальное отошло на второй план.

— Ты хотел причинить боль моему мужу и в конечном итоге убить его.

Я сморщился.

— Да. Я не заработал никаких бонусов раннего зятя, не так ли?

Ария улыбнулась.

— Мы все совершали ошибки, которые причиняли боль другим, это приходит с миром, в котором мы живем. Мы можем только следить за тем, чтобы не причинять боль людям, которых мы любим.

— Я клянусь, что никогда не причиню вреда Марселле. Она мне этого не позволит, потому что она самая жестокая девушка, которую я знаю, и я никогда не смогу жить с собой, если сделаю это.

— Не говоря уже о том, что мужчины моей семьи убили бы тебя очень неприятным способом.

— Да, это, конечно, еще один сдерживающий фактор, но не главный.

Краем глаза я заметил движение. Марселла только что вошла в столовую, как обычно занимая центральное место в моем внимании. На ней был зеленый комбинезон, подчеркивающий изгибы во всех нужных местах, и атласные туфли на высоких каблуках того же оттенка. Ее наряд вызвал у меня желание отвести ее в уединенное место, чтобы побыть с ней один на один."

"Я встретил ее на полпути, с нетерпением ожидая, когда она дойдёт до меня. Разлука с ней в течение большей части ночи и даже некоторого времени днем казалась неправильной после того, как она была рядом практически 24 часа в сутки 7 дней в неделю во время ее плена. Если бы не старомодные традиции Фамильи, мы бы уже жили под одной крышей.