Малявка продолжала выкручиваться из рук, как маленькая верткая глиста, но я тоже не промах. Вцепилась в нее покрепче, чтобы не упустить и поволокла дальше.

— Я …я тебя отравлю! — она еще и угрожала, совсем девчонка без тормозов, — или задушу ночью подушкой.

Извернулась и тяпнула меня за руку.

Вот чертенок.

— Очень страшно. Прямо очень-очень, — усмехнулась я, прижав укушенную руку к боку. На коже красовался полукруглый отпечаток зубов, ладно хоть не до крови.

Я успела очень сильно запыхаться, пока тащила ее к Офелии. Для маленькой девочки она была очень упрямая и сильная.

— Не вырвешься, можешь не стараться.

К счастью, мне повезло. Офелия сама вышла на нас. Я даже чуть не завопила от радости, когда увидела ее мощную фигуру и орлиный нос. Уж кому по силам справиться с этой маленькой гадиной, так это нашей начальнице-надзирательнице.

— Что за крики? — поинтересовалась она еще на подходе.

— Вот. Поймала какую-то бродягу. Она носилась по коридорам, перебила мне кучу посуды, нахамила, обозвала. А еще брыкается, кусается и обзывается, — на одном дыхании выпалила я и выдвинула девчонку вперед, — вот полюбуйтесь.

Реакция Офелии была странной. Она побледнела, у нее затряслись все ее многочисленные подбородки и в глазах появилось заискивающее выражение.

— Госпожа, Есмина, — надзирательница отпихнула мою руку от девки, — вы не ушиблись?

Эээ… не поняла.

— Она на меня орала, — пиявка больно ткнула меня пальцем в бок, — обзывала. А еще чуть не оторвала мне ухо.

— Не расстраивайтесь. Мария у нас совсем недавно, и она просто не знала…

— Я хочу, чтобы она извинилась.

Я в полнейшем недоумении уставилась на маленькое чудовище:

— Извинится? Ты ведешь себя как приблудная невоспитанная беспризорница!

— Извинилась на коленях, — с нажимом произнесла девочка.

— Больше ничего не надо?

— Т-с-с, — набросилась на меня Офелия, — извиняйся немедленно.

И дёрнула меня за руку так, что чуть не оторвала. Я удержалась, мотнулась вперед, но на колени не встала.

— Ах так? — Есмина зло топнула ногой, — тогда я все скажу папе!

— Вали. Надеюсь, он всыплет тебе ремня! — в сердцах выкрикнула я, тут же схлопотав подзатыльник от Офелии.

Мелкая мерзавка развернулась и побежала прочь, а начальница схватила меня за плечо, так что кости чуть не переломала и прошипела:

— Ты с ума сошла?

— Не понимаю в чем проблема? Это не ребенок, а маленький невоспитанный зверёныш.

— Ты знаешь кто это такая? Кто ее отец?

— Не знаю и знать не хочу.

— Это младшая дочь императора, — произнесла она зловещим голосом, — и за то что ты ее ругала и, хуже того, посмела прикоснулась — будет наказание. Тебя или выпорют публично. Голой, привязанной к столбу. Или с позором выгонят из города. Или голову отрубят.

Вот тут я испугалась по-настоящему.