У тебя есть мама и Чейз. Как ты только можешь говорить им такое после всего, что им пришлось пережить?

На мгновение Рид возненавидела Изабелл, из-за слов которой почувствовала себя эгоисткой. Но себя Рид ненавидела больше, и внутренний голос нашептывал ей:

«Ты слабая и эгоистичная. И ты виновата в смерти своего напарника».

Рид предприняла ещё одну попытку защититься.

– Если бы мы не делали эту работу, делал бы кто-нибудь другой. Джимми умер героем. Чейз это понимает.

– Дерьмо всё! Чейз – напуганный маленький мальчик. Единственное, что он понимает – что у него больше нет отца. Всё остальное – громкие слова, потому что он думает, что все ожидают от него именно такого поведения.

– Так это моя вина? – Рид не ждала ответа. Она сделала ещё несколько шагов вперёд, заставляя Изабелл отступать назад, пока ее спина не коснулась двери, и пока расстояние между ними не сократилось до нескольких сантиметров, а их груди и бёдра почти соприкоснулись. – Почему бы тебе так и не сказать? Всё, что случилось в отеле, полностью моя вина. Я разрушила жизни всех близких людей.

Боль, исказившая лицо Рид, заставила Изабелл замолчать. Голос Рид становился всё громче, пока не превратился в крик. Глаза её стали до невозможности тёмными, зрачки расширились, почти полностью скрыв радужку цвета насыщенного крепкого кофе.

– Ты винишь меня. Так скажи это! – Рид хлопнула ладонью по двери рядом с головой Изабелл, и девушка вздрогнула от испуга.

– Да! Я виню тебя, – выпалила она. Изабелл пугало не поведение Рид, а невыносимая боль в её взгляде. – Вы с детства были не разлей вода. Ты во всём копировала своего отца. Следовала за каждым его шагом. Джимми ловил каждое твоё слово, и ты затуманила его разум разговорами о чести, благородстве, традициях, пожарных братствах. Мой брат мёртв, мой племянник остался сиротой. И я виню тебя и твоё чёртово братство! – Грудь Изабелл тяжело вздымалась с каждым вздохом, но она ещё не закончила. Изабелл грязно выругалась. Стоило ей начать, поток обвинений, которые она держала в себе неделями, было не остановить. – Ты должна была остаться с ним. Он бы никогда не бросил тебя одну!

Хоть Рид и ожидала осуждения, слова врезались в сознание. Она впитывала их, веря, что полностью заслуживает порицания.

Господи.

Острая колющая боль в груди выбила воздух из лёгких, и Рид чуть не согнулась пополам, сделав шаг назад. Голос Изабелл слился с картинками из ночного кошмара, в котором Джимми умирает в страхе и одиночестве внутри горящего здания. Она смогла бы выслушать подобное от кого угодно… но только не от Изабелл. Рид расплакалась, уже пересекая дворик в сторону дома.

– Рид, подожди! – окликнула её Изабелл, но было уже слишком поздно. – Блин! – Она запустила руку в волосы и опустилась на ступени.