— Там была корзина для пикника, — вздыхает Савицкий. — Ладно, давай прогуляемся. Один момент!

Савицкий достает телефон из кармана и отключает его с важным видом. При этом он немного хмурится. Я знаю, как сильно он загружен, и понимаю, что отключить телефон для бизнесмена его уровня — очень красноречивый жест.

— Теперь нам никто не помешает. Только ты и я!

Едва успеваем сделать два шага, как над головами раскатываются удары грома. На нос падают две крупные капли дождя.

— Еще этого нам не хватало…

— Знаешь, может быть, это знак свыше? — сомневаюсь я.

— Какой еще знак?

— Что нам не следует быть вместе…

— Знак?! Как тебе такой знак?

Савицкий резко обнимает меня за талию и целует.

Жадно и глубоко. Мгновенно перехватывая управление не только над моими губами, но и над всеми чувствами, обострившимися на полную мощность.

Я таю под жарким водопадом его поцелуев и постанываю эротично, забыв, что мы находимся на улице и нас могут не только увидеть, но и услышать.

Все, чего я хочу прямо сейчас — это целоваться.

Поцелуй разрывается лишь когда в легких заканчивается кислород. Мы задыхаемся, жадно хватаем воздух и снова целуемся. Кажется, целую вечность…

— Еще, — требует Александр, мягко посасывает мой язык, покусывая. — Я хочу еще. Одного поцелуя мало!

— Как насчет двух или трех?

— Если речь идет о миллиардах, то я согласен.

— Ах простите, вы же миллиардер! Иначе и не считаете!

Александр игриво щипает меня за попку и снова целует, на этот раз уже нежнее и мягче, продолжительнее. Теперь он меня ласкает, а не только хочет съесть.

Это так волнительно…

— Я по тебе безумно скучал. Очень сильно, — выдыхает он, мягко обнимает, прижавшись губами к шее.

— Я тоже скучала.

— Правда?

— Правдивее не бывает. Очень скучала и думала о всяком.

— О плохом. Почему мы так устроены, что сразу думаем о дурном? Я, так уж точно, — кается Александр.

Мы переплетаем пальцы и, наконец, трогаемся с места. Просто гуляем, дышим свежим вечерним воздухом и изредка прячемся от дождя то в кафе, то под козырьками остановок.

— Признаться, я забыл, когда так много гулял пешком.

— Я не могу сказать того же, но зато могу сказать, что давно не ощущала такой легкости на сердце, как сейчас, — улыбаюсь. — Почему-то в голову приходят мысли, что возможно абсолютно все, стоит только захотеть.

— Ты хотела увидеть меня настоящим. Получается?

— Не знаю, но я рада побыть с тобой наедине, без посторонних лиц, грандиозных планов, смертельных обид и предубеждений.

— Грандиозный план? Скорее, провальный. Ведь конечной цели я так и не достиг, но очень хочется…

— До сих пор?

— Я и не переставал тебя хотеть. Только сейчас понимаю, что это не просто жажда секса.

Мое сердце замирает.

— Что же это такое?

— Возможно, я впервые влюбился. По-настоящему.