Я бы очень хотела, но…

– Но что? Что еще имеет значение? Почему ты должна оставаться с ним, если не любишь его?"

"– Ты хочешь сказать, что любишь меня? – Сара не сводила внимательных глаз с его лица. Только бы он сказал «да». Он должен сказать «да».

Кристиан запустил пятерню в отросшие волосы. Потом другую.

– Сара, я… я хочу жениться на тебе. Нас тянет друг к другу. Я знаю, что не безразличен тебе. И ты испытываешь ко мне больше чувств, нежели к нему.

Ледяные щупальца сжали трепещущее сердце Сары. Он не смог произнести слова, которых она так ждала. Он не любит ее. Она так сильно прикусила губу, что почувствовала вкус крови, схватила шляпку и выбежала за дверь.

Глава 39

Той ночью, приготовившись ко сну и отпустив горничную, Сара долго стояла у окна своей спальни, глядя в чернильно-черное ночное небо. Обхватив себя руками за плечи, она вспоминала события дня. Поцелуи Кристиана, его интимные прикосновения – все это было, как дар небес. Она никогда их не забудет. Ни на одно мгновение.

Была только одна проблема. Он так и не сказал, что любит ее. Не смог. Пусть между ними вспыхнула страсть – в этом сомневаться не приходилось, – но в общем с ней он делал то же самое, что делал всегда – пытался спасти женщину, попавшую в беду.

«Я спасу тебя от него». Вот, что он сказал. А она ждала совсем других слов. «Я безумно люблю тебя и не могу без тебя жить». Чем брак, основанный на желании спасти, лучше того, что основан на бессердечном контракте? Ничем. В конце концов ей больше не грозит скандал, и она не желала, чтобы Кристиан становился мучеником ради нее. Он уже и так много сделал, чтобы ей помочь, и она не может больше ничего от него требовать.

Сара рассеяно провела пальцем по оконному стеклу. Маленькой девочкой она часто мечтала о своей свадьбе. В мечтах рядом с ней был чудесный человек, полюбивший ее всей душой. Но детские мечты давно развеялись, словно утренний туман. Ей было лет тринадцать, когда родители недвусмысленно объявили ей, что у них на нее другие планы. И эти планы появились в день, когда она родилась. С раннего детства ее одевали как куклу, знакомили с высшим обществом и готовили для передачи самому выгодному жениху. Сара знала, что так и будет. Она была готова к этому или думала, что готова. Так было всегда. Десяток ее подруг в прошлом сезоне вышли замуж, почти не зная своих мужей, не говоря уже о том, что они не испытывали к ним никаких чувств. С детства ей внушали: она должна делать то, что ей говорят. И она привыкла к этой мысли. Что же тут поделаешь? Такова жизнь. Только вот Мэг выбивалась из общей картины, потому что по уши влюбилась в Харта. Но с Мэг все иначе. У Мэг нет приданого. У нее нет поклонников, нацелившихся на приданое. Поэтому Мэг может по крайней мере сделать вид, что следует велению сердца.