– Дорогие друзья, – начала свою речь директриса, – эти исторические реликвии должны были попасть в музей еще в далеком сорок третьем году, но война и переплетение судеб не позволили этому произойти, но семья Зубовых в трех поколениях не оставляла попытки их найти, и вот спустя семьдесят шесть лет мы открываем нашу экспозицию.

– Привет, – услышала Клава шепот у себя за спиной, и ее коленки подогнулись. – Я не опоздал? – спросил Карл. Несколько секунд Клава боролась сама с собой, камень, который сначала надавил на грудь, не давая дышать, потом упал куда-то, и ватные ноги вросли в пол. Волна накатила, и слезы заполнили глаза, окутывая туманом все происходящее вокруг. Но Клава, вздохнув глубоко, попытавшись унять дрожь в голосе, прошептала:

– Если ты про выставку, то нет, а если про меня, то мог и не торопиться, – ответила, не оборачиваясь, Клава.

– Ты обижаешься, что я не звонил, но мне нечего было сказать, я боялся, что мои слова будут восприниматься как пустые обещания, поэтому я решил довести все дела до конца.

– Довел?

– Да, я уволился с работы, продал свою квартиру и приехал к вам с Сенькой, я понял, что если бы мне оставался один день, то я хотел бы провести его с вами.

Первый раз Клава обернулась и взглянула ему в глаза: не шутит ли он?

– Я открою свое детективное агентство, лицензию я уже взял, и мы будем жить втроем.

– Втроем, – эхом повторила Клава.

– Нет, прости, я ошибся, вчетвером, про Булю я совсем забыл. Ты согласна жить со мной? Правда, у меня теперь небольшой довесок в виде Сеньки и Були, но, я думаю, ты к ним уже привыкла? – спросил он ее все так же шепотом.

– Да, – все так же ошарашенно ответила Клава.

– Что да? – не понял Карл. – Привыкла или согласна?

– Все да, – тихо ответила счастливая Клава.

– Ура, – закричала Сенька, стоящая рядом и подслушивавшая их разговор, она боялась даже шелохнуться, чтоб не нарушить такую тонкую минуту.

В этот момент с той таблички, что стояла у входа на экспозицию, очень торжественно и даже немного пафосно сняли ткань, и все прочитали:"

"«Эта выставка состоялась благодаря Соломону Яковлевичу Эпштейну, археологу и просто хорошему человеку, который спас моего деда от смерти в фашистском газвагене, в котором после погиб сам. Благодаря моему деду Осипу Варфоломеевичу Зубову, который всю жизнь пытался найти эти археологические находки. Благодаря моему отцу Федору Осиповичу Зубову, который не сдался и продолжил поиски, несмотря на многие неудачи, и только смерть остановила его. Также я хочу сказать спасибо моим друзьям, которые помогли мне довести дело деда и отца до конца, не опозорить семью. Клавдия Жукова, Карл Калашников, Марина Забейко, Филипп Морель, Борис Борзов и самая умная и красивая девочка на свете Есения. Навсегда ваш, Ярополк Зубов».